<<
>>

§4. Особенности подготовки и производства допроса подозреваемого и обвиняемого

Подготовка к допросу, его планирование - это моделирование предстоящей деятельности, формирование ее ориентировочной основы.

Особенно детальной предварительной проработке подлежат различные аспекты допроса обвиняемого (подозреваемого).

Следователь критически оценивает материалы уголовного дела, выявляет взаимосвязь всех фактов, обстоятельств расследуемого происшествия, определяет место каждого факта в системе событий, классифицирует имеющиеся доказательства на "сильные" и "слабые".

Предвидя возможность противодействия обвиняемого (подозреваемого), следователь мысленно актуализирует возможную систему приемов правомерного психического воздействия, планирует условия их реализации.

Он должен тщательно продумать систему дополнительных, уточняющих, напоминающих и контрольных вопросов относительно всех имеющихся доказательств. Постановка этих вопросов может преследовать следующие цели:

- получение объяснений по имеющимся доказательствам, по доводам, выдвигаемым обвиняемым в свою защиту;

- получение новых сведений о фактах, имеющих значение для расследования;

- устранение противоречий в имеющихся доказательствах;

- проверка правдивости показаний.

Привлечение лица в качестве подозреваемого или обвиняемого связано с резким изменением в его жизни, в социальном статусе, со значительным сужением социально-ролевых функций, со сдвигами в психике, усугубляющимися в условиях изоляции.

Арест вызывает у одних людей повышенный уровень тревожности, чувство обреченности, отчаяния, безысходности, полной зависимости от лиц, осуществляющих правосудие, у других - чувство озлобленности, агрессивности, активное противодействие правосудию.

Особенно драматично психическое состояние привлеченного к уголовной ответственности невиновного лица. Внезапно свалившееся на него несчастье резко дезорганизует его психику, порождает неадекватные поведенческие поступки, которые могут быть интерпретированы малоопытным следователем как "улики поведения".

Резкое снижение защитных возможностей значительно повышает неадекватность действий обвиняемого по самозащите. Стремясь положить конец этому мучительному состоянию, невиновный может прибегнуть даже к самооговору.

Лицо, совершившее преступление, в каком бы процессуальном статусе (подозреваемого либо обвиняемого) оно ни выступало, всегда является носителем значительно большей по объему и содержанию информации по сравнению с тем информационным потенциалом, которым владеют потерпевшие, а тем более свидетели. Однако в силу своего положения и перспективы уголовной ответственности за содеянное преступник обычно менее других заинтересован в установлении истины по делу, а значит, чаще и решительнее склонен к извращению обстоятельств дела, утаиванию и искажению достоверной информации. Этому также способствует то, что уголовной ответственности за отказ от дачи и за дачу заведомо ложных показаний подозреваемый и обвиняемый не несут. Данные обстоятельства и предопределяют специфику тактического воздействия следователя в отношении подозреваемого и обвиняемого при производстве их допросов. В чем-то тактика этого следственного действия сходна с тактикой допроса потерпевших и свидетелей (прежде всего с точки зрения принципов и подходов к допросу), а в чем-то имеет кардинальные отличия. В первую очередь с точки зрения более глубоко продуманной, искусной, тщательно подготовленной наступательной тактической и психологической активности следователя.

Подозреваемый и обвиняемый представляют для следователя интерес с трех точек зрения:

1) как личность;

2) как участник и в то же время как наблюдатель исследуемого по делу события, процесса и механизма его отражения;

3) как следообразующий и одновременно следовоспринимающий объект.

Поэтому, тактически воздействуя на данный объект вербальными и другими допустимыми способами, вступая с ним в контакт и информационное взаимодействие в ходе допроса, следователь исходит из задачи получения от него информации о следующем:

- самом допрашиваемом (его социальном статусе, демографических признаках, образе жизни, материальном и интеллектуальном уровнях, профессиональной, половой, возрастной принадлежности, психологическом портрете, внешнем облике и т.д.);

- других лицах как носителях собираемой информации (и соучастниках, свидетелях, укрывателях, скупщиках краденого и др.);

- материально фиксированных следах, образовавшихся в ходе исследуемого по делу события (событий) на его теле, одежде, обуви, других сопутствующих вещах;

- иных материально фиксированных следах, образовавшихся в связи с его криминальным и некриминальным поведением;

- орудиях преступления, других материальных объектах, участвовавших в процессе взаимодействия и отражения в связи с познаваемыми по делу событиями.

Получением информации относительно рассмотренных обстоятельств не исчерпываются задачи допроса подозреваемого и обвиняемого.

В предмет допроса также входит выяснение вопросов:

- об обстановке и обстоятельствах криминального деяния, условиях, механизме следообразования, условиях восприятия и запечатления в памяти происходившего во время исследуемого по делу события (событий);

- психическом и физическом состоянии допрашиваемого при совершении криминального деяния, реализации других связанных с его преступным и непреступным поведением событий;

- особенностях его поведения непосредственно перед, во время и после исследуемого деяния с признаками преступления;

- наличии, характере связи с местом происшествия, иного познаваемого по делу события (событий), предметом преступного посягательства, иными материальными объектами, участвовавшими в процессе следообразования;

- том, когда, кому, с какой целью и при каких обстоятельствах (за пределами расследования) им была передана криминалистически значимая информация, какая на это была реакция;

- времени, месте, мотиве, цели, объекте посягательства, преступных действиях, способе и механизме преступления, его отношении к содеянному;

- обстоятельствах подготовки, сокрытия преступления, иных акциях по противодействию, а также по оказанию содействия расследованию, если таковые имели место;

- других противоправных уголовно наказуемых деяниях допрашиваемого, за которые он не понес наказания.

Показания, данные по поводу рассмотренных обстоятельств, являются объектом следственного анализа и оценки.

Наряду с этим в предмет анализа и оценки также входят и такие обстоятельства:

- уровень информированности допрошенного по поводу интересующих следствие объектов, исследованных во время допроса, значимости для расследования сообщенных подозреваемым, обвиняемым сведений для раскрытия преступления, по поводу которого возбуждено уголовное дело, выявления и раскрытия других преступлений, совершенных как с участием подозреваемого (обвиняемого), так и без его участия;

- полнота и достоверность сообщенных сведений;

- то, насколько органично эта информация вписывается в систему собранных фактических данных, стыкуется с данными из других источников, не противоречит ли им;

- степень стабильности, прочности позиции, занятой допрошенным, вероятность ее изменения в ту или иную сторону.

При производстве допроса по поводу материально фиксированных следов на теле, одежде допрашиваемого, других объектах следователю необходимо сконцентрировать внимание на выяснении природы, механизма происхождения, давности образования, локализации, состояния, количества, взаиморасположения, строения, размеров и других признаков следов, факторов, обусловивших их посткриминальные изменения, о лицах, которым, помимо допрашиваемого, что-либо известно по поводу данных обстоятельств, а также обстоятельства, место, время и каналы поступления к ним соответствующей информации. В том случае, когда речь идет о следах, образовавшихся на каком-либо предмете (трупе, одежде, почве и т.д.), выясняется также детальная характеристика носителя следов.

Для выработки оптимальной тактики допроса подозреваемого и обвиняемого важен учет особенностей ситуации, сложившейся по делу, и позиции, занимаемой допрашиваемым. Можно выделить три типа подобных ситуаций, существенных с точки зрения тактико-технологических моментов подготовки и производства допроса подозреваемого и обвиняемого:

1) простая;

2) сложная;

3) суперсложная.

Простая ситуация характеризуется тем, что носитель личностной информации намерен и имеет возможность довести до сведения следователя любую интересующую информацию без утайки и в полном объеме.

В подобных ситуациях хитросплетенная тактика просто не нужна. Она уступает место тому, что напоминает беседу в духе взаимопонимания, предоставления носителю информации возможности без помех высказаться в форме свободного рассказа по существу исследуемых обстоятельств и дать пояснения по возможным уточняющим и конкретизирующим вопросам.

Сложную ситуацию характеризует наличие какого-либо исходного фактора (группы факторов), отрицательно сказывающегося на продуктивности допроса.

В качестве деструктивного начала может выступать обстоятельство и объективного, и субъективного характера. На полноту и точность сообщаемой информации могут оказывать негативное влияние возрастной фактор носителя информации, перенесенное им заболевание, наличие у него физической либо психической травмы (например, фактор старческого слабоумия, шоковое состояние, связанное с пережитой опасностью, и т.д.). Сложность ситуации может определяться также позицией, занятой носителем информации, который не горит желанием рассказать обо всем, что ему известно.

В условиях такой ситуации надлежит, во-первых, выявить причину возникшей проблемы, отрицательно сказывающейся на полноте и достоверности сообщаемой информации; во-вторых, принять необходимые организационно-тактические меры по нейтрализации, преодолению негативного воздействия выявленного деструктивного фактора в целях перевода диалога в конструктивное русло (например, путем взятия обязательства о неразглашении сообщаемых сведений).

Сверхсложная (суперсложная) ситуация обычно возникает тогда, когда заведомый носитель важной информации напоминает неприступную крепость, а следователь может быть сравним с безуспешно штурмующим ее бастионы войсковым подразделением. Подобные ситуации возникают в одних случаях, когда носитель информации из-за болезни либо полученной травмы не способен письменно или устно сообщить важные для следствия сведения. Из подобной ситуации обычно выходят одним из двух возможных путей: первый - отложить обмен информацией в надежде на его осуществление в будущем, второй - с помощью лечащих врачей и других специалистов изыскать реально допустимую возможность получить хотя бы минимум интересующих сведений (установление у постели больного круглосуточного дежурства и средств звукозаписи), постановка вопросов таким образом, чтобы ответы на них могли быть даны по формуле "да - нет", но бессловесно, и улавливались по каким-либо реакциям носителя информации (например, путем пожатия им руки спрашивающего, закрыванием или открыванием глазных век).

В других случаях суперсложные ситуации возникают в силу установки носителя личностной (субъективной) информации на категорический отказ от вступления в речевой контакт со следователем либо на сообщение заведомо ложной информации.

Суперсложность ситуации не означает, что она объективно не разрешима.

Переводу ситуации в русло делового, продуктивного взаимодействия с "непримиримым" носителем информации может способствовать замена следователя на другого, более опытного, имеющего более высокий уровень тактического потенциала, владеющего искусством эффективного психологического воздействия на разум и чувства допрашиваемого. Полезным с этой же точки зрения может оказаться и другой прием: своеобразный тайм-аут, перерыв, внезапное прекращение допросов с оставлением подозреваемого (обвиняемого) в полном неведении относительно дальнейших планов следователя. Данный перерыв может быть с пользой использован для более тщательной подготовки к новому допросу и собрания дополнительных доказательств. Будучи предъявленными на допросе, они могут стать дополнительным аргументом, вооружающим следователя в информационной "блокаде" его процессуального оппонента.

Действия следователя, предъявляемая им информация могут иметь большую силу воздействия в случае их приложения "к слабому месту" в позиции допрашиваемого, если эта информация допускает многозначность ее трактовки. Особенно большую изобличающую силу имеет получение таких сведений, которые могут быть известны лишь участнику расследуемого события.

Бесполезны общие призывы говорить правду, просительное увещевание. Путь к уяснению истины лежит через вопросы "почему?", "с какой целью?", "как вы объясните?.." и т.п. При этом следователь рефлексирует, предвосхищает возможный ход размышлений допрашиваемого, строит свое поведение, рассуждая за противодействующее лицо. Успех допроса зависит от превосходства рефлексирующей деятельности следователя над рефлексирующей деятельностью допрашиваемого. Рефлексивно управляя поведением противодействующего лица, следователь дает ему основание для принятия таких решений, которые в конечном счете способствуют установлению истины. Чем ближе следователь к тактическому выигрышу, тем больше опасность для допрашиваемого, тем активнее его оборонительные действия. Однако реорганизация оборонительных действий поспешна, в ней обнаруживаются слабые места.

Поэтому целесообразно идти на создание трудных, иногда остроконфликтных ситуаций, содействующих тактическому успеху следователя. Напряженные психические состояния допрашиваемого стимулируются подачей в наиболее подходящие моменты такой информации, которая резко нарушает сложившийся стереотип поведения на допросе, делает невозможным продолжение избранной линии поведения.

В тех случаях, когда допрашиваемый начинает колебаться в выборе линии поведения, целесообразно использовать прием накопления положительных ответов. При этом ему задаются лишь такие вопросы, на которые можно получить положительные ответы. Формирующийся стереотип продуктивного взаимодействия может облегчить в дальнейшем получение ответов на вопросы. Рекомендуется также психически напряженные состояния, связанные с ответом на трудные вопросы, перемежать вопросами-релактантами, позволяющими допрашиваемому психически расслабиться (имеются возможности использования на допросе даже музыкальных воздействий).

Длительный психический дискомфорт вызывает раздражение и желание противодействовать. Один из обвиняемых как-то удачно заметил, что долгий допрос с "уличающими вопросами" напоминает ему состояние, которое он испытывает в кресле стоматолога. Следователь должен получить информацию от допрашиваемого, не причиняя ему лишней "боли", неоправданных нравственных страданий, сохраняя уравновешенным его эмоциональное состояние и психологический контакт для дальнейшей работы на допросе.

Положительное отношение к следователю возникает, если он объективен, не придерживается обвинительного уклона. Более того, на первых порах следователь может сделать акцент на смягчающих ответственность обстоятельствах.

Эффективным может оказаться анализ всех просчетов, допущенных подозреваемым (обвиняемым) при совершении и сокрытии преступления, убеждение в бесперспективности его надежд на обман правосудия.

Иногда допрашиваемый, ознакомившись с предъявленными доказательствами, изменяет свои прежние показания, адаптирует их к ситуации. Поэтому необходимо предвидеть и нейтрализовать любую возможность приспособления ранее данных показаний к предъявленным доказательствам.

Позиция запирательства допрашиваемого не должна перерастать в межличностный конфликт. Владея эффективной тактикой расследования, используя имеющиеся доказательства, приемы правомерного психического воздействия, следователь изобличает виновного, а не конфликтует с ним.

При противодействии допрашиваемого лица возникает необходимость избрания соответствующей тактики межличностного состязательного взаимодействия. При этом следователь использует систему коммуникативно-информационных действий:

- выясняет мотивы противодействия, старается их нейтрализовать, формирует мотивационную перестройку в поведении противодействующего лица на основе его социально-положительных ориентаций;

- получает данные для оценки правдивости показаний;

- анализирует возможные причины различных противоречий, отчленяя заведомую ложь от возможных непроизвольных ошибок.

Допрос подозреваемого и обвиняемого имеет много общих сторон и существенных различий, которые обусловлены прежде всего различным процессуальным положением этих лиц.

<< | >>
Источник: М.И. Еникеев, В.А. Образцов, В.Е. Эминов

. Следственные действия: психология, тактика, технология.

Еще по теме §4. Особенности подготовки и производства допроса подозреваемого и обвиняемого:

  1. §2. Особенности подготовки и производства допроса свидетеля и потерпевшего
  2. Допрос подозреваемого и обвиняемого
  3. Допрос подозреваемого и обвиняемого
  4. § 5. Психология допроса подозреваемого и обвиняемого
  5. § 1. Особенности правового положения несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых, заключенных под стражу
  6. §1. Общие положения подготовки и производства допроса
  7. §2. Особенности подготовки и производства отдельных видов предъявления для опознания
  8. Допрос подозреваемого
  9. Допрос обвиняемого
  10. Допрос подозреваемого под наркозом
  11. Принцип обеспечения права подозреваемому и обвиняемому на защиту и оказания квалифицированной юридической помощи
  12. § 3. Получение необходимой информации от свидетелей, потерпевших, подозреваемых и обвиняемых
  13. ряд конкретных приемов, с помощью которых и осуществляется побуждение свидетеля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого к передаче информации работнику юридического труда.
  14. §1. Общие положения подготовки и производства обыска