<<
>>

§ 5. Проблемы девиантного поведения в современной России

Современная Россия находится в состоянии системного кризиса, а следовательно, общество испытывает аномию и рост девиантного поведения. В начале нашего раздела говорилось о том, что отклонение, являясь приспособительной реакцией на изменившиеся условия, способствует формированию новых норм.
Зададимся теперь другим вопросом: все ли вновь образовавшиеся нормы являются жизнеспособными применительно к выходу из социального кризиса?

Для ответа на поставленный вопрос рассмотрим такие виды девиантности, как борьба (мятеж), приспособление (инновация) и уход (ретритизм).

Борьба как активная форма девиантности бывает различных видов, спектр ее очень широк: от политической деятельности до насильственной преступности. Коснемся названных полюсов спектра.

Политическая активность, с одной стороны, способствует становлению норм демократического общества, а с другой - дает нишу для индивидов, не нашедших себя в других видах деятельности: несостоявшихся функционеров, одиноких бездетных женщин и других "пассионариев" нерыночной ориентации.

Зачастую вхождение в политические организации, деятельность которых урегулирована рамками закона и является элементом более или менее равновесной системы взаимосвязей, превращает борьбу в приспособительную форму девиантности. В этом случае члены организации своей неординарной, если смотреть глазами рядового обывателя, деятельностью просто зарабатывают на жизнь, что достаточно подробно описал в свое время М. Вебер. Многие активисты вполне осознают общественную бесперспективность "партий любителей пива", но упорно следуют двойной морали столь укоренившейся в прошлые десятилетия.

Насильственная преступность, захватившая страну, формирует криминальные нормы поведения. В условиях

189

массовой безнаказанности уголовных правонарушений население отчетливо осознает личную опасность какого-либо противодействия или открытого осуждения беспредела.

Обыденность насильственной преступности, в том числе заказных убийств, делает ее по общему количеству сопоставимой с масштабами массовых репрессий тоталитарного прошлого. Точные цифровые данные прямых жертв политической борьбы и экономических "разборок" по поводу передела государственной собственности, а эти два процесса тесно коррелируют между собой, еще не установлены и ждут своего исследователя. Однако, по грубым подсчетам, можно обнаружить следующее. Если за период с 1921 г. по 1 февраля 1954 г. в СССР было приговорено по политическим мотивам (теперь известно, что зачастую необоснованно) к высшей мере наказания 642 980 человек1, то, абстрактно допустив равное количество приговоренных по годам (чего на самом деле, разумеется, не было), выяснится, что на каждый год приходилось примерно по 20 тысяч подобных жертв. А в 1995 г., по данным одного периодического издания, только на территории РФ убито 45,1 тыс. человек (без жертв войны в Чечне и конфликтов на таджикской границе)2.

Приспособительная девиантностъ. Одной из ее форм является работа по совместительству. Населению она дает возможность поправить бюджет семьи, проявить свой творческий потенциал, увеличить круг общения и прочее. Государство при этом может более эффективно обеспечить перераспределение трудовых ресурсов. Однако при общем низком уровне зарплаты совместительство неизбежно превращается в потогонную систему с сомнительным качеством труда. Нормой становится стремление "отбыть", "отметиться". Исподволь формируется психологический релятивизм, установка "скорее прожить", пока не стало еще хуже. Следствием оказывается мораль временщика не только по отношению к обществу, но и к семье, детям, самому себе.

Воровство как приспособительная девиация стало тотальным и психологически оправданным в эпоху массовых

190

невыплат зарплат, за которыми скрывается фактически полубесплатный труд. Самим вернуть себе то, что недодали, и в той форме, которая доступна, - есть элемент инициативы и самостоятельности, но ведет ли это к становлению новых продуктивных моральных норм? Весьма сомнительно.

Р. Мертон в одной из своих работ отмечает, что если девианты преуспевают и на них не налагается никаких санкций, то девиация становится объектом подражания1. Таким образом, отклонение распространяется еще более широко. Воровством в нашей стране пронизана вся социальная пирамида. Если у ее основания кражи выполняют функцию социального амортизатора, смягчающего напряженность и сдерживающего более разрушительные способы поведения2, то наверху статусной иерархии финансовые махинации, по существу, то же воровство, но в более крупных размерах и в более "цивилизованных" формах, можно рассматривать как профанирование декларируемых преобразований. В названной ситуации воровство превращается в фактически сложившуюся норму поведения для значительной части сограждан.

Пассивные формы девиантного поведения, вероятно, удобны для тех политических,режимов, которые не способны изменить ситуацию к лучшему, поскольку властям всегда предпочтительнее иметь "кутежи, -чем мятежи", на подведомственной территории.

Употребление населением России веществ, облегчающих наступление грез, иллюзий, виртуальных состояний психики и т. п., имеет тенденцию к увеличению. Мало того, растет количество крайних форм ухода из жизни - суицид.

Пассивные формы девиантности еще меньше связаны со становлением новых жизнеспособных норм социального взаимодействия.

Подытоживая вышеизложенное, можно предположить, что в настоящее время под действием массовой девиантности если и вырабатываются новые социальные нормы, то они являются жизнеспособными применительно лишь к кризисному обществу. Чем прочнее они будут укореняться в сознании и

191

поведении людей, тем больше станут срабатывать на застой кризиса.

Однако все социальные системы в период кризиса проходят скачкообразный рост девиантности. Постепенно нежизнеспособные формы отклоняющегося поведения выбраковываются самим ходом изменения социальных систем.

192

________________________________________

1 См.: Земское В. Н. Гулаг (историко-социологический аспект) // Соц. исследования. 1991. № 6.

2 См.: Правда. 29 февраля 1996.

1 См.: Штомпка П. Социология социальных изменений. М., 1996. С. 314.

2 См.: Заславская Т. Социально-трансформационная структура России // Общество и экономика. 1999. № 3-4. С. 21.

<< | >>
Источник: Глазырин В.А. Юридическая социология. 2000

Еще по теме § 5. Проблемы девиантного поведения в современной России:

  1. §5. Основные этапы исторического развития системы органов предварительного расследования в России и современные проблемы ее реформирования
  2. ПОВЕДЕНИЕ ДЕВИАНТНОЕ
  3. Глава 5 ДЕВИАНТНОЕ ПОВЕДЕНИЕ
  4. Глава 9. Девиантное поведение
  5. 50. Понятие и типы девиантного поведения
  6. 5.2. Виды девиантного поведения и степень их распространенности в обществе
  7. § 3. Негативные формы девиантного поведения
  8. Глава 1. Психолого-педагогическая характеристика военнослу- жащих с девиантным поведением.
  9. § 2. Причины и социальные факторы девиантного поведения
  10. § 1. Общая характеристика социальной нормы и девиантного поведения