<<
>>

Сексуальные аддикции. Инцест.

Сексуальные аддикции относятся к скрытым, замаскированным аддикциям. Трудность в получении прямых ответов на вопрос, касающийся этой проблемы, связана с социальными табу, представленными в ряде обществ.

Степень замаскированности аддикций зависит от конкретного места её проявления, от общественного мнения, от принятости проблемы в обществе. Так, в обществах, сурово относящихся к таким явлениям, они менее выявляются. При этом может сложиться мнение о полном отсутствии рассматриваемого явления. Правоту этого факта подтверждает, например, выраженная скрытость инцеста, правомерно осуждаемого в разных культурах.

Сексуальных аддикций в действительности больше, чем кажется, но в общественном сознании создаётся впечатление об исключительности такого поведения. В Скандинавских странах, например, говорить на темы, связанные с сексом, легче, сексуальные проблемы там практически не табуированы. Этим объясняется сформированное мнение о значительной представленности сексуальных аддикций в этих странах. Таким образом, сексуальные аддикции должны анализироваться в транскультуральном плане.

По механизму возникновения сексуальные аддикции подразделяются на глубокий, протрагированный вид, который начинает формироваться очень рано, на фоне общего аддиктивного процесса, и поздно возникающие сексуальные аддикции, пришедшие на смену другой формы аддиктивного поведения, например, работоголизма, гэмблинга и др.

При этом следует учитывать, что сексуальные аддикции могут скрываться за фасадом других, более легко раскрываемых аддикций. Так, например, пациент может обратиться за помощью по поводу лечения алкогольной аддикции, скрывая наличие сексуальной аддикции. Ему легче признать себя алкоголиком, чем сексуальным аддиктом.

Сексуальные аддикции начинаются с формирования особой системы, называемой системой верований и убеждений. Аксиальной осью системы являются верования аддикта о себе, отношение его к себе, которое пронизывает всю окружающую его реальность, приводя к своеобразному,

специфическому мышлению. Система верований, свойственная ребёнку, состоящая из суждений, представлений и пр., рассматриваемая человеком как единственно правильная для себя, находится под влиянием социальных посланий от окружающих. Послания, касающиеся потребностей, отношений людей, установок и ценностей, косвенно или напрямую относятся и к сексуальности, предопределяя возможности ребёнка, способы его поведения, создавая его модель мира и отношения с миром. Модель может включать планируемые в её рамках действия, систему интерпретаций действий других людей, смысл своих собственных переживаний, с выделением проблем, требующих решения и установления приоритетов в отношениях с людьми. Система верований служит своеобразным

«фильтром», задачей которого является деление активностей на значимые и второстепенные.

Система верований любого аддикта содержит некоторые основные верования, оказывающиеся неправильными, ошибочными, создающими фундамент для развития аддикции. Сексуальный аддикт согласно своей системе верований, ядром которой является его отношение к себе, не считает себя внутренне имеющим какую?то цену, относится к себе изначально плохо. Он не верит, что окружающие могут хорошо относиться к нему.

У сексуальных аддиктов возникает вера, что секс является для них наиболее важной потребностью, и что это–единственная сфера, в которой они могут проявить свою состоятельность. Чувствуя себя недостойным и альенированным (отчужденными) эмоционально от других, аддикт усматривает в сексе наиболее важную потребность, выступающую как единственное средство, которое может сделать его изоляцию переносимой. Эта основная убеждённость является точкой кристаллизации сексуальной аддикции.

Система верований, складывающаяся вокруг этой установки, представляет собою систему искажённой реальности, в которой существенное место занимает отрицание. Аддикты отрицают наличие у себя каких–либо проблем, используя для этой цели механизм проекции, осуждая других и стараясь преуменьшить то, что может их дискредитировать. Такие люди преуменьшают, например, значение последствий венерических заболеваний и СПИДа, порой не думая о них, значение нежелательной беременности, отрицательные последствия потери работы, нарушения отношений с важными для себя людьми, стараясь объяснить это чем угодно, только не своей аддикцией.

В ход идёт и использование формальной логики с созданием псевдологической рационализационной структуры, становящейся осью их жизни. Формулируемое кредо выглядит примерно так: «Если я не буду

заниматься сексом, я не вынесу напряжения, которое во мне накапливается». Или: «Это никого не касается и никому не вредит, это моё личное дело, мой способ расслабления».

Такая система рационализаций «работает на себя», чтобы сделать внутреннее состояние комфортным, снять тревогу и неадекватность. Все мысли, несоответствующие этой системе, отбрасываются. Например: «Я же связываюсь только с теми, кому я доверяю, поэтому со мной ничего плохого не может произойти». В результате аддикты все более отрываются от реальности. Они не видят явлений, существующих рядом, воспринимают только ту информацию, которая укладывается в их систему убеждений, а остальную просто отбрасывают.

Некоторые авторы называют систему верований аддиктов

«бредовой». Система ложных верований приводит к тому, что аддикты легко верят тому, что внушают себе. Возникает так называемое «мышление по желанию». Периодически они дают себе зарок измениться, убеждая себя в том, что начало действия зарока надо приурочить к какому?то событию, например, к празднику, искренне веря в то, что они это сделают. В силу того, что этого не случается, обещания аддиктов не имеют большого значения. Интересно то, что они не обманывают, они действительно так думают, когда дают обещания, но это вовсе не значит, что их желания будут в действительности реализованы.

Сексуальная аддикция, как правило, начинается в детстве. Стимулирующим её фактором является сексуальная травматизация. Анализ показывает, что травматизация может иметь разный характер, от прямого инцеста, до закладки у ребёнка убеждения, что он представяет интерес только как сексуальный объект. В такой ситуации формируется комплекс неполноценности, изоляция, недоверие к окружающим и зависимость от них, чувство угрозы извне и сверхценное отношение к сексу.

Согласно Carnes (1991) представляется возможным выделить

следующие фазы сексуальной аддикции:

1.Сверхзанятость мыслями на сексуальную тематику, носящая обсессивный характер. Постоянное возвращение к этим мыслям приводит к тому, что они занимают всё большее количество времени, становясь любимой темой размышлений. Аддикт получает определённое удовольствие в это время, его сознание начинает по?другому структуризироваться, в нём все большее значение приобретает фантазирование на сексуальные темы. Меняется восприятие многих вещей. Окружающие начинают рассматриваться сквозь призму сверхзанятости мышления и воображения сексуальной тематикой. В них видятся прежде

всего сексуальные объекты. Другие занятия рассматриваются как необходимые, но неприятные, от которых не получаешь удовольствия. Этот период может быть разным по времени, он может не сопровождаться конкретными действиями, а возникновением определённых предпочтений, мыслей о способах их реализации и фиксированием их в сознании.

.Стадия ритуализации поведения с разработкой схем, приводящих к сексуальному поведению, (включая мысли и фантазии), при которых одно событие следует за другим в определённой последовательности. Аддикция включает сексуальные реализации и становится повседневным ритуалом, при котором для её осуществления резервируется специальное время. Вступление в цикл ритуального поведения не терпит отвлечения со стороны окружающих. Ритуализация сверхзанятости сексом более важна, чем конкретная реализация, поскольку она сопряжена с изменённым психологическим состоянием сознания, вызывающим психологический релакс. Этот процесс поглощает много времени и энергии. Возможно постепенное «включение» действий, связанных с подготовкой входа в это состояние. Всё это часто не замечается окружающими, так как сексуальный аддикт стремится к сохранению имиджа нормальности по отношению к внешнему миру, демонстрируя ему ложное Я, стараясь выглядеть человеком, у которого нет аддикции.

.Фаза компульсивного сексуального поведения с явлением потери контроля, свойственной для других аддикций. Вступив в эту фазу, аддикт не может контролировать свои действия, оставляя после себя «след», рискуя раскрыть себя, или нанести себе психологическое или физическое повреждение. Он бессилен в отношении предупреждения своего поведения. Ему трудно остановиться. Контроль над различными видами сексуальной активности теряется. После реализаций компульсивного характера появляются нереализуемые обещания, связанные с пониманием необходимости остановиться. Такое поведение сопровождается дальнейшим усилением комплекса неполноценности.

.Этап катастрофы или отчаяния наступающий после неприятностей, обусловленных определёнными событиями, например, наказанием или заболеванием. В этот период нарастают отрицательные чувства к себе, провоцирующие обострение аутодеструктивного инстинкта и появление мыслей о самоубийстве.

После некоторого периода затишья наступает повтор цикла, своеобразие которого заключается в том, что если в предыдущем цикле аддикт достиг компульсивного этапа потери контроля, то следующий цикл начинается сразу с потери контроля, при которой всё выступает в более жесткой форме и характеризуется быстрым развёртыванием событий.

Аддикты в условиях занятости членов семьи длительно скрывают свои аддикции. Сделать это особенно легко, если другой член семьи тоже является аддиктом, занятым своими реализациями.

Аддикция приводит к неуправляемости жизни, критика к которой снижена. Это связано с наличием эйфорического воспоминания приятных событий и блокировкой неприятных явлений. Так, рассказывая о сексуальном успехе, аддикт думает только о приятном, игнорирует неприятные события и подвержен соблазну повторить активность, думая о том, что она будет последней. Неуправляемость аддикта приводит к формализации отношений с членами семьи. Аддикт перестаёт интересоваться другими вещами, не заботится о своём здоровье, ведя образ жизни, состоящий из постоянного насилия над другими системами ценностей. Это приводит к тому, что он разучивается преодолевать даже те трудности, которые он преодолевал раньше. В жизни аддикта постоянно присутствует страх, что сфера, связанная с аддиктивными реализациями, вдруг станет для него недоступной. Для него характерно навязчивое стремление постоянно доказывать свою состоятельность в сексуальном плане. Неуспех сексуального характера является настолько психотравмирующим, что в случае его повторения возникает опасность прямого аутодеструктивного или агрессивного поведения. Аддикт ведёт двойную жизнь. Для оправдания себя в своих глазах аддикт использует мифологизацию происходящего. Поражения смогут сочетаться со злоупотреблением алкоголя, носящим аддиктивный характер и используемым для того, чтобы избавиться от неприятных чувств. Приём алкоголя может использоваться как запуск сексуальной реализации.

Рассматривая вопрос коррекции этих состояний, следует отметить частоту корреляций между сексуальной, работогольной и алкогольной аддикциями. Неудовлетворительные результаты их лечения обусловлены общими аддиктивными механизмами, присутствующими при всех аддикциях.

Как уже отмечено, у лиц с сексуальными аддикциями часто устанавливается в детстве наличие сексуальной травматизации (инцеста). Установление наличия инцеста в детстве связано с большими затруднениям, так как об этом неприятно и неудобно говорить и многие находят для себя более приемлемым отвечать на эти вопросы отрицательно Инцестные переживания могут быть вытеснены в бессознание и человек делает всё возможное для того, чтобы не фиксироваться на этой области переживаний. Такая репрессия может быть настолько радикальной, что сопровождается полной амнезией.

Осложнения при диагностике этих состояний возникают в связи с тем, что специалисты, работающие в рамках классического психоанализа, имеют склонность с недоверием относиться к рассказам на тему о сексуальной травматизации инцестного типа в детском возрасте. Хотя, казалось бы, всё должно было быть наоборот. Обсуждая переживания, например, комплекса Эдипа, они отмечают возникновение этих переживаний на уровне мышления и эмоций. Ребёнок на определённом этапе своего развития испытывает ревность к одному и любовь к другому родителю со стремлением к

«устранению» родителя противоположного пола. Так как эти вещи несовместимы с культурой, они быстро вытесняются, а разговоры об инцесте представляют из себя прорыв детских фантазий в сознание. Психоаналитики зачастую предполагают, что эти переживания, становящиеся «реальными», на самом деле являются выдумками и фантазиями. Такая психоаналитическая точка зрения оказывала большое давление на общество в целом и приводила к тому, что в течение длительного периода времени к разговорам на эту тему не относились серьёзно. Поэтому выяснение наличия этих переживаний может иметь большое значение. Неадекватность задаваемых прямых вопросов на эту тему не даёт сколько?нибудь хороших результатов. Поэтому предпринимаются попытки найти способы косвенного выяснения с использованием специальных тестов для идентификации этих событий. В настоящее время с этой целью применяются полуструктурированные тесты, фактически носящие характер фиксированного на определённых моментах психологического интервью.

Blume (1989) предложила вопросы, косвенно свидетельствующие о наличии инцеста в детском возрасте. С точки зрения автора, лицам, подвергнувшимся инцесту в детском возрасте, свойственны, в частности, следующие признаки:

–Наличие страхов у взрослого человека, к которым относятся страх темноты; страх оставаться ночью спать одному в комнате, кошмары, сновидения, ощущение чувства присутствия кого?то в помещении; обострение в ночное время мыслей о преследовании, угрозе; ощущение пребывания в ловушке, из которой человек не может выйти.

–Проблемы в «отношениях» с водой. Повышенная чувствительность к воде; проблемы, связанные с проглатыванием воды; возникновение неприятного чувства при попадании воды на лицо во время купания и плавания. Ощущение удушья при попадании воды на лицо. Наличие таких расстройств хорошо запоминается и свободно вербализуется человеком при разговоре на эту тему.

–Изменения ощущения чувства своего тела. Следует обратить внимание на то, в какой мере человек фиксирует внимание на своём теле.

Какой имидж тела у него существует. Не старается ли он одевать себя таким образом, чтобы избежать внимания к себе.

При наличии таких расстройств появляются неуклюжесть и неловкость в походке и в позе; отсутствие достаточного внимания к себе, проявляющееся в возникновении проблем с одеждой. Такие люди носят на себе большое количество одежды, не соответствующее времени года. Форма их одежды мешковатая, они испытывают затруднения в частичном снятии одежды в комнате, при раздевании на пляже, в бане, при отходе ко сну. Они проявляют чрезвычайную требовательность к отсутствию в этот момент посторонних со стремлением быть незаметными и не обращать на себя внимания окружающих.

–Стремление быть во всём совершенным ( и в хорошем и в плохом).

– Наличие частых депрессивных состояний, возникающих в связи с отсутствием загруженности делами.

–Лёгкое возникновение слёз.

–Частые отрицательные эмоций такие, как злость и ярость; неспособность пациентов к распознаванию у себя этих эмоций и их выражению. Интенсивная враждебность по отношению к многим вещам, иногда, например, по отношению к группе людей, имеющей общий признак с человеком, совершившим сексуальную агрессию. К такому признаку могут быть отнесены возраст, манера поведения, этнические признаки. Может присутствовать враждебность по отношению к целому полу.

–Стремление контролировать мыслительный процесс, проявляющееся в медленном, осторожном характере речеобразования.

–Стремление к дистанцированию, связанное с напряжением.

–Непонимание юмора и отрицательное к нему отношение. Выраженная серьёзность.

–Ощущение чувства, что за ними наблюдают, присматриваются к ним. Ожидание чего?то неожиданного.

–Неспособность доверять кому?то, исходящая из предположения, что доверие всегда небезопасно. Возможна смена недоверия на тотальное доверие, производящая необычное впечатление.

–Неспособность к поведению, связанному с разумной долей риска, с неприемлемостью всего, что связано хотя бы с некоторой долей риска, или наоборот, такой человек бросает вызов судьбе и постоянно рискует.

–Страх потери контроля над собой, над своим поведением, над ситуацией. В связи с этим специалистами иногда диагностируется у таких людей наличие обсессивно–компульсивного поведения.

–Стремление контролировать явления, не имеющие сколько?нибудь большого значения, связанные с желанием просто что?то контролировать.

–Проблемы вины, стыда и низкой самооценки. Ощущение того, что они ничего не значат. Этим объясняется высокая оценка малых положительных стимуляций со стороны других людей, сделавших немного, но высоко оценивающихся.

–Чувство жертвы, приношение себя в жертву. Отсутствие чувства собственной силы. Субмиссивное поведение. Трудности в установлении границ поведения, связанные с непониманием того, что человек должен и чего не должен делать.

–Трудности при необходимости сказать «нет», стремление заранее угадывать то, чего хочет другой человек, созависимость. Страх покинутости, ожидание покинутости.

–Блокировка памяти на события периода раннего (до 12 лет) возраста, могущие носить фрагментарный характер. Например, из памяти «исчезает» образ человека, или территории.

–Ощущение принадлежности к носительству тайны, секрета. Амбивалентность в поведении, выражающемся, с одной стороны, в стремлении рассказать о тайне, а, с другой стороны, страх того, что она будет раскрыта. Ощущение того, что никто не поймет и не выслушает по? настоящему.

–Общая скрытность.

–Чувство, что они сходят с ума, сопровождающееся необычным ощущением нереальности окружающей обстановки.

–Тенденция к созданию фантастических миров и событий, в которых человек приобретает другую идентичность, противоположную прежней по содержанию. Таким образом, в мире фантазий происходит определённая компенсация, связанная с появлением противоположной личности, например, другого пола, не выглядящей жертвой и пр.

–Отрицания с игнорированием многих явлений, например, неприятных переживаний, не касающихся сексуальной травматизации, минимизация травматизации, исходящая из того, что ничего особенного не

произошло, что всё объясняется игрой воображения и на самом деле всё выглядело по?другому.

–Подавление нежелательной информации.

–«Неадекватные», неожиданные отрицательные реакции на события, на человека, на место. Сенсорные вспышки, во время которых неожиданно, например, во время разговора, или в момент нахождения на улице, человек видит внутренним зрением вспышку света, или у него возникает чувство чего?то знакомого, но времени на распознавание этого явления не хватает. Сенсорные вспышки повторяются, но значение их никогда не расшифровывается, смысл ситуации не «схватывается», несмотря на наличие желания разобраться в этом.

–Трудности в разговоре на сексуальную тему. Асексуальность. С одной стороны, ощущение секса как чего?то грязного с реакцией отвращения на прикосновение к их телу. Очевидно, это является следствием затруднений в интеграции сексуальности и эмоциональности и затруднений в разделении сексуальности от агрессивности. С другой стороны, возможно доминирование насилия с элементами сексуально вызывающего и соблазняющего поведения.

–Способность вступать в сексуальные отношения с незнакомыми представлена в большей степени, по сравнению с неспособностью вступать в интимные отношения. Стремление к сексу сочетается со стремлением к агрессии, мести и ярости.

–Сексуализация всех значимых отношений, возникновение эротических компонентов при отрицательных эмоциях, злости.

–Сексуальные фантазии с элементами доминирования, насилия.

–Проблемы с интимностью в широком смысле.

–Избегание зеркал, отражающее связь со стремлением быть невидимым, недоверие к воспринимаемому образу себя в зеркале.

–Возникающее иногда желание изменить имя, фамилию, по?другому себя обозначить.

–Ограниченная способность переживать положительные эмоции с мыслями типа «Я никогда не могу быть по?настоящему счастливой и радостной». Боязнь наступления у себя таких состояний, так как после того, как они проходят, наступает противоположное состояние. Недоверие к состояниям повышенного настроения в связи с их искусственностью, нетипичностью и кратковременностью.

–Тихая, незаметная манера поведения, стремление не обозначать себя громкими звуками во время сексуальной активности, смеха, плача, разговора. Стремление управлять своим голосом. Такие лица говорят настолько тихо, что их трудно услышать.

–Наличие чувства раздвоения и мира фантазий, в котором они выступают в другой роли. Перенос в реальный мир другой идентичности. Наличие других паттернов поведения, например, во время отпуска в незнакомой обстановке.

В современной литературе есть указания на то, что лицам, имеющим в детстве инцестные проблемы, свойственны нарушения идентичности. В последнее время некоторые авторы, стараясь увеличить число таких лиц, начали относить к этой категории феномены, связанные с овладением. При рассмотрении подобных явлений следует учитывать, что в рамках других культур, например, в Африке, овладение возникает у многих людей, считается обычным, тривиальным явлением, носящим кратковременный характер и проходящим само по себе или излечивающимся шаманом. Поскольку при овладении у человека проявляются паттерны поведения не типичные для него раньше, есть попытки объединять эти феномены. Литлвуд (Англия), написавший книгу о множественных личностях, обратил внимание на то, что в истории жизни этих людей есть указания на наличие психологической травмы. Говоря о том, что лица с диагнозом

«множественная личность» встречаются в Европе и Соединённом королевстве, он описывает случаи, связанные с колдовством и овладением, требующие специального анализа. Таким образом, феномен овладения не всегда свидетельствует о злокачественном процессе, он может выступать как временное явление, которому свойственны нарушения идентичности.

Проводимая специалистами коррекция сексуальных аддикций должна идти в следующих направлениях:

.осознание аддиктом существа содержания его проблемы;

.анализ источников проблемы и участия в ней людей, с которыми аддикт наиболее связан;

.объяснение характера содержания созависимости, включающей анализ скрытых эмоций вины, стыда, униженности. Анализ стратегии созависимости (контроля, защиты и конкуренции);

.осознание того, что ситуация, в которую попал аддикт, не является исключительной и что он всегда может рассчитывать на помощь;

.эмоциональный тренинг, умение различать интимность эмоций от их количественного выражения;

.обучение аддикта умению анализировать прошлое и налаживать неформальные межличностные контакты с пониманием того, что он может получить настоящую эмоциональную поддержку у определённых людей.

Литература

Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. (2001)Психосоциальная аддиктология. Новоисбирск, Изд?во «Олсиб».

Blume,E. (1990) Secret Survivors. New York, Ballantines Books. Carnes,P. (1992) New York, Bantam Books.

<< | >>
Источник: Ц.П.Короленко, Н.В.Дмитриева. СЕКСУАЛЬНОСТЬ В ПОСТСОВРЕМЕННОМ МИРЕ. 2011 {original}

Еще по теме Сексуальные аддикции. Инцест.:

  1. Глава 9. Аддиктивная сексуальная идентичность Любовные аддикции и аддикции избегания
  2. Со?сексуальная аддикция
  3. ИНЦЕСТ
  4. Взаимоотношения и сексуальность в Телосе Адама, расскажи, пожалуйста, об отношениях между мужчинами и женщинами в Телосе. Как относятся к сексуальности в вашем городе? Как люди в третьем измерении могут эволюционировать до такого уровня отношений?
  5. РЕПРЕССИВНОСТЬ СЕКСУАЛЬНАЯ
  6. СЕКСУАЛЬНОСТЬ ИНФАНТИЛЬНАЯ
  7. КОНСТИТУЦИЯ СЕКСУАЛЬНАЯ
  8. РЕВОЛЮЦИЯ СЕКСУАЛЬНАЯ
  9. СОВМЕСТИМОСТЬ СЕКСУАЛЬНАЯ
  10. ВЫТЕСНЕНИЕ СЕКСУАЛЬНОЕ
  11. АБСТИНЕНЦИЯ СЕКСУАЛЬНАЯ
  12. ТЕОРИЯ СЕКСУАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ
  13. СЕКСУАЛЬНАЯ ВИНА
  14. ПОВЕДЕНИЕ СЕКСУАЛЬНОЕ
  15. ЦЕЛЬ СЕКСУАЛЬНАЯ НОРМАЛЬНАЯ
  16. ПЛЮРАЛИЗМ СЕКСУАЛЬНЫЙ
  17. ЦЕЛЬ СЕКСУАЛЬНАЯ ПРЕДВАРИТЕЛЬНАЯ
  18. Женская сексуальность