<<
>>

3. Еще раз о штампах

Вероятно, любой журналист может прочитать лекцию о том, как бесполезны и даже вредны штампы в публицистике. И тем не менее в любой газете можно еще набрать хорошую коллекцию заштампованных слов и словосочетаний.

Хотелось бы привести слова К. Федина, имеющие прямое отношение к обсуждаемым вопросам: "Язык интонации или стиль,- писал он,- это не только язык слов, язык словаря, но непременно язык авторских убеждений. Нельзя обладать стилем, не имея ясных убеждений, то есть своего взгляда на природу, человека, общество... Потому что только они помогают отыскивать верное слово"1.

Здесь языком художника слова выражена обсуждавшаяся выше психологическая истина о том, что внутренняя позиция автора, даже в случаях, когда она отсутствует, всегда находит отражение в его языке. Отсутствующая позиция чаще всего заменяется штампами. К. Федин приводит целый ряд штампованных словосочетаний типа того, что вклад всегда бывает у нас "бесценным", удары -"сокрушительными", борьба - "непримиримой", помощь -"неоценимой", сила - "животворной" и т. д. и т. п. Под влиянием этих заметок мы в те же дни посмотрели всего лишь одну статью в центральной газете и к списку примеров К. Федина добавили из нее еще такие: "вопросы встали во весь рост", соблюдение принципов -"неуклонное", дисциплина -"железная", значение -"непреходящее", источник знания -"неиссякаемый". При желании из такого рода примеров можно было бы составить весьма объемистый словарь штампов.

1 Федин К. А. Отыскать верное слово // Лит. газ. 1986. 7 мая.

Еще несколько примеров из прессы 1987-1988 гг. Корреспондент ТАСС из Нью-Йорка сообщает 19 мая 1987 г.: "Военщина расистской ЮАР совершила сегодня пиратские налеты на столицы Зимбабве и Ботсваны". В тот же день, но уже из Хараре идет сообщение, которое начинается словами: "Вооруженные силы расистской ЮАР совершили сегодня утром пиратские налеты..." (выделены слова, повторяющиеся в обоих сообщениях). "Правда" за 21 января 1987 г. помещает сообщение корреспондентов ТАСС из разныхстран мира подобщимназванием"Последовательная, реалистическая политика". Вводная часть публикации начинается словами: "Широкомасштабные мирныеинициативы СССР..." На той же странице газеты буквально рядом с упомянутым материалом сообщение собственного корреспондента "Правды" из Луанды о научно-практическойконференцииподназванием"Курсом Октября" начинается теми же словами: "Широкомасштабные мирные инициативы Советского Союза..." Трудно представить, чтобы журналисты, разбросанные по всему миру и сообщавшие нередко о разных событиях,мыслили и писали буквально одними и теми же словами. Очевидно, что в данных случаях на материалах корреспондентов оставляет свой слишком заметный след редакторская гребенка.

Несмотря на то что вопрос о негативной роли штампов в языке, казалось бы, всем ясен, мы все-таки провели довольно большое специальное исследование, чтобы уточнить психологические особенности их восприятия, а кроме того, хотелось посмотреть, что происходит со штампами при их переводе на другие языки. Последний вопрос имеет практическое значение, поскольку, как известно, многие материалы центральной прессы переводятся и публикуются во всех союзных республиках на их национальных языках.

В нашем исследовании помимо центральной печати изучались материалы узбекских республиканских газет и телевидения 2.

Исследование проводилось Л. А. Султановой.

Прежде чем говорить о результатах, сделаем маленький экскурс в теорию. Дело в том, что по проблеме штампов в языке среди ученых ведется довольно много споров о том, что делает ту или иную языковую формулу штампом. С этим же связаны дискуссии о различиях между стереотипами, стандартами, клише и штампами языка. С теоретической точки зрения здесь довольно много сложностей, и у нас нет возможности вдаваться в их детальное обсуждение. Ограничимся лишь некоторыми, наиболее приближенными к практике соображениями.

Мы уже касались вопроса о стереотипах, имея в виду прежде всего стереотипы сознания как вид социальной установки, в которой когнитивный, познавательный компонент довольно ограничен и находится как бы в застывшем состоянии. Было высказано также несогласие с рядом советских авторов, считающих, что определенная доля идеологических, и политических стереотипов сознания полезна и необходима. По нашему убеждению, стереотипные представления допустимы лишь на уровне элементарных знаний и повседневного поведенческого быта. Любая стереотипизация мысли в области идеологии и политики создает предпосылки для отставания от непрерывно движущейся жизни и как итог - для застоя и в сознании, и в общественной практике. Сегодняшние трудности преодоления наследия "периода Застоя" в значительной степени связаны с неспособностью отказаться от изживших себя стереотипных представлений.

Есть стереотипы и в языке, но их влияние не ограничивается лишь сферой коммуникации. Хотя язык является для нас в первую очередь средством выражения мысли, своего рода инструментом мышления, он в то же время сам оказывает влияние на мышление и сознание. Иначе говоря, стереотипизация языка может способствовать стереотипизации мысли. Именно поэтому очень важно чувствовать те границы, в которых стереотипы (стандарты, клише) языка оправданно применимы и за которыми они превращаются в лишенные смысла и чувства штампы. Различия между ними определяются прежде всего психологическим контекстом восприятия, т. е. тем психологическим содержанием или звучанием, которое они имеют для читающей и слушающей аудитории.

Чаще всего превращение тех или иных языковых формул в штампы связывают с неумеренным количеством и частотой их повторения. Этот момент действительно имеет огромное значение. Есть явление, которое получило в психологии название "семантическое насыщение" и которое каждый может испытать на себе. Возьмите любое слово и повторяйте его вслух в течение примерно 15 с., и вы обнаружите, что оно потеряло свое смысловое содержание, оно уже не вызывает у вас ассоциации с тем предметом, который обозначает, а превратилось просто в звуковое сочетание.

Можнодопустить,чтопоаналогиипроисходит нечто подобное и со слишком часто повторяемыми словосочетаниями. Однако это не все. Ведь есть стандартные формулы языка, которыми мы пользуемся достаточно часто, но они не теряют своего смыслового значения. Значит, это нужные языковые стереотипы или клише, которые облегчают процесс общения, и в этом заключается их полезность.К ним относятся многие формулыобщениявбыту,некоторыепротокольные формы хроники, наиболее точные и удачные выражения, ставшие метафорическими.Следовательно,не только частотаповторения,ноиреальнаясвязьязыковой формулы с жизнью, соответствие ее смысла требованиям содержания,времени и обстоятельствам определяют ее право на применение, а также условия ее превращения в бессмысленный штамп.Еслимы пишем "бурные аплодисменты", когда они совсем не бурные или бурные "для порядка",- это искажение действительности и попытка внушить аудиторииэмоциональную реакцию, для которой нет реальных оснований. Если мы многие годы повторяли формулу "диктатура пролетариата", когда жизнь требовала глубокого раскрытия содержаниясоциалистической демократии на современном этапе развития общества, то формула теряла свое содержание и становилась штампом. Рождение штампа означает потерю языковой формулой когнитивного смысла и эмоционально-оценочной окраски, которыми она в определенных условиях могла обладать. Результаты проведенного в Институтепсихологии исследования не только подтвердили губительное влияниеязыковых штамповнавосприятиеинформации,; но и открыли некоторые новые измерения этого влияния. Было, в частности, подтверждено, чтоязыковые штампы порождают негативную реакцию к информации в целом и людям не хочется с ней знакомиться. Если же они все-таки дочитывают или дослушивают материал до конца, он воспринимается под влиянием негативной установки, созданной штампом, обеднение, скептически, равнодушно. Если публикация имеет мобилизующее, активизирующее назначение, то наличие в ней штампов сводит ее побудительный потенциал к нулю.

Более того, был выявлен новый аспект негативной роли штампов. Оказалось, что их наличие лишь в одном из материалов в серии различных сообщений, например в газете или телевизионных новостях, порождает негативную реакцию аудитории по отношению ко всем другим сообщениям. Иными словами, заштампованность одного информационного эпизода может создать негативную установку на восприятие всего потока информации от данного источника.

А что касается перевода штампов на другие языки, который осуществляется обычно в форме "калькирования", то обнаружилось, что и после перевода они не только в полной мере сохраняют свое отрицательное влияние на восприятие текстов в целом, но и в ряде случаев становятся просто бессмыслицей, поскольку при прямом, механическом "переводе" не учитываются особенности национального языка.

Необходимо обратить внимание еще на один важный аспект проблемы штампов. Беда в том, что очень часто они порождаются языком официальных партийно-государственных руководящих документов. То что такого рода документы оказывают влияние на словесный арсенал журналистов - явление нормальное. Однако слишком долго языковые формулы официальных документов воспринимались редакциями и издательствами как своего рода обязательные формы изложения мысли для всех. Следование официальным формулам сохраняется и до сих пор, хотя далеко не всегда это бывает обоснованно. В этой ситуации есть два решения, которые, на наш взгляд, должны приниматься одновременно. Первое - желательно, чтобы от потерявших смысл и эмоционально-оценочное значение штампов избавлялись в первую очередь документы партийных и государственных органов. Второе - в процессе осмысления ломки старых стереотипов деятельности публицистам лучше делать акцент не на словесных формулах документов, а на их содержании и смысле, передавая их в собственном личностном осмыслении и собственными словами.

У проблемы штампов есть своя оборотная сторона медали. Она выражается в словотворчестве, которое не всегда бывает оправданно. Возможно, что это - реакция на штампы, стремление уйти от них. То что постоянно в нашем языке появляются новые слова - явление естественное, но до тех пор, пока они порождаются самой жизнью. Скажем, слово "спутник" вошло в арсенал всех языков мира, так же как сегодня термины "перестройка" и "гласность" становятся понятными для многих людей за рубежами нашей страны без их прямого перевода на другие языки. Но есть другой вариант словотворчества, искусственный, неестественный. В его основе лежит либо чья-то психологическая потребность самоутверждения, когда не удается это сделать иначе, либо просто бедность языка в сочетании со стремлением проявить оригинальность. В принципе, это почти одно и то же. В результате рождаются такие слова, как "самостоянье" вместо самостоятельность, "органика" вместо органичность и т. д.

Психологические оттенки языка безграничны. Они отражают удивительную способность человеческой психики воспринимать самые тонкие нюансы действительности и переводить их на свой собственный, часто неожиданный язык. Но все-таки язык - это не свалка слов, из которой можно брать что угодно наугад.

В данной главе не затронуты многие вопросы социо-и психолингвистики, имеющие не только теоретическое, но и практическое значение, в частности вопрос об условиях понимания людьми текстов и отдельных слов. Интересующимся читателям можно порекомендовать работы Т. М. Дридзе, И. А. Зимней, А. А. Ле-онтьева, Ю. А. Шерковина.

<< | >>
Источник: С.К. Рощин. Психология и журналистика. 1989

Еще по теме 3. Еще раз о штампах:

  1. Повторяю еще раз
  2. Еще раз о духовности
  3. Еще раз о духовности
  4. Еще раз о З.Фрейде
  5. Еще раз о советском воспитании
  6. Еще раз про любовь
  7. Еще раз про любовь
  8. Еще раз об аспектах Лунных узлов
  9. Дорогой Мастер Крайон, не мог бы ты еще раз пролить Свет на это явление - нейтральный имплант? Что же это такое и для чего его принимать?
  10. СЛУШАЙТЕ, СЛУШАЙТЕ И ЕЩЕ РАЗ СЛУШАЙТЕ
  11. г. Штампы (иносказательный язык).
  12. Статья 358. Подделка документов, печатей, штампов и бланков, их сбыт, использование поддельных документов
  13. Статья 357. Похищение, присвоение, вымогательство документов, штампов, печатей, завладение ими путем мошенничества или злоупотребления служебным положением или их повреждение
  14. Раз
  15. РАЗ ДЕЛ ІI ТРУДОВЫЕ СПОРЫ
  16. ГЛАВА ТРЕТЬЯ ОТКР Ы Т ИЕ , П Р И О Б Р Е Т Е Н И Е И РАЗ Д ЕЛ НАСЛЕДСТВА
  17. Молитва «ХРОНОС» – пропеть 12 раз.
  18. Кого же тогда он будет прогонять в следующий раз?