<<
>>

Учусь управлять своим воображением

"Когда я не занята делом, мне становится плохо. Я страдаю от скуки, в голову приходят различные мысли, воспоминания, и мне трудно с ними справиться. Чаще всего эти мысли неприятны, и если я начинаю их обдумывать, то мне становится совсем плохо.
Поэтому я обязательно чем-нибудь занята, - говорит женщина, обратившаяся ко мне по поводу ее навязчивого стремления постоянно наводить порядок и чистоту в доме. - Я просто не могу сидеть без дела, - сказала она, - подруги завидуют моей работоспособности, но если бы они знали, как мне плохо, они бы мне не завидовали", - добавила она после некоторой паузы.

Этот случай - пример того, что в состоянии покоя, когда мысль не сосредоточена на какой-либо хотя бы пустячной цели, воображение включается непроизвольно и тем самым начинает вызывать неприятные переживания, актуализирующиеся под влиянием спонтанно возникающих образов. Нечто похожее мы можем наблюдать на себе: вдруг всплывает ситуация, в которой я был обижен, или претерпел неудачу, или мне было стыдно, и невольно снова переживаются те же чувства, которые были в прошлом, когда эти события происходили.

Однако чаще всего возникают приятные переживания; в этом случае мы не огорчаемся, так как получаем удовольствие от них. Мечтаем. Но, оказывается, в этом нет ничего хорошего. Привыкнув к непроизвольному течению воображения для переживания приятного, мы привыкаем и к тому, чтобы не управлять своим воображением, а следовать за ним. Поэтому мы и не гарантированы от того, что при такой расслабленности нашего ума в сознании могут спонтанно возникать и "плохие" образы.

Воспитание воображения прежде всего состоит в его обуздании и в отказе от привычки давать ему полную свободу. Поэтому упражнения в сосредоточенности внимания постепенно вырабатывают способность контролировать ум и тем самым повышают нашу внутреннюю силу, которую можно назвать и "духовной силой".

Если я владею своим воображением, то я контролирую образы и их течение в сознании.

"Но что это дает? - спросили меня однажды. - Что толку, если мы владеем своим воображением, а дела все продолжают идти плохо? Гораздо вернее будет контролировать не воображение, а обстоятельства и других людей, которые включены вместе с нами в эти обстоятельства".

Читатель, внимательно ознакомившийся с тем, как устроены наши потребности, может сам ответить на эти вопросы. В частности, он знает, что управление воображением способствует управлению и нашими влечениями. Ведь невозможно испытывать голод, не представляя себе пищевых ситуаций. Если силой воображения заменить пищевые объекты в сознании другими образами, то тем самым устраняется чувство голода. То же касается и других потребностей. Поэтому контроль воображения дает ключ к управлению потребностями. Если я управляю своими потребностями, то мной невозможно управлять с помощью моих потребностей. Например, если мы в походе чувствуем, что еды не хватает и ее надо распределить поровну, то владеющий собой может вполне уменьшить свою порцию в пользу более слабого. Он сможет это сделать, а другой, находящийся во власти пищевого влечения, не сможет. Если я владею своими чувствами, то мой противник, например в боксе, не сможет вывести меня из равновесия. Если же я не владею своими чувствами, то стоит ему меня оскорбить, как я приду в ярость, и с этого момента со мною покончено: агрессивность делает любое поведение примитивным, и я буду побит. Еще хуже, если после этого я в воображении буду представлять это оскорбление и последующее поражение. Следовательно, нужно владеть воображением, контролировать его и, соответственно, контролировать свои чувства. Если же меня невозможно обидеть, то в жизни и делах я в большей степени руководствуюсь разумными решениями, чем чувством оставшейся обиды. Можно привести бесчисленное множество примеров в пользу того, что через управление воображением мы повышаем свою эффективность.

Почему управление чувствами достигается через управление воображением? Да просто потому, что любое переживание, происходящее в нас, вызвано определенными обстоятельствами и образы этих обстоятельств и людей, которые вызывают в нас определенные чувства, выступают в качестве "представителей" этих переживаний.

Когда в сознании возникает данный образ, то благодаря эмоциональной памяти вызываются соответствующие переживания. Поэтому у того, кто контролирует воображение, образы спонтанно не возникают. Тем самым он контролирует и свои чувства. Ведь невозможно испытать чувство ревности, не воображая сцену супружеской измены. Ревнивец тем и отличается от нормального человека, что в его воображении эти ревнивые образы возникают чаще и влияют сильнее на его психическое состояние.

Тот, кто хочет управлять своими чувствами и поведением, своими потребностями, должен научиться контролировать свое воображение. Как этого достичь? Если вы с ходу начнете удерживать свою мысль, будете бороться с нею, то постепенно приобретете головную боль, и мысли вас победят. Когда к мудрецу пришел ученик и попросил научить его мудрости, то учитель предложил первое задание: "Не думай об обезьянах!" Через неделю ученик ворвался в хижину к мудрецу с жалобами на то, что тот его заколдовал: "С тех пор как я побывал у тебя, меня везде преследуют обезьяны! Я не могу не думать о них, они даже снятся мне каждую ночь!"

Ученик, стремясь не думать об определенном образе, сам его вызывал и, поскольку старался отбросить его, заражал этот образ все новой и новой энергией. А нужно было не бороться с определенным образом, а думать о другом. Бороться с образом - это все равно что стремиться потушить костер, пытаясь залить его керосином. Ученик не контролировал свое воображение. А когда получил задание обуздать его, то взялся за эту задачу не с того конца. Аналогично совершается работа воображения у обиженного человека, который старается не думать об обиде, а сам постоянно воспроизводит в сознании образы, связанные с нею. Если это будет продолжаться достаточно долго и превратится в привычку, то он станет обидчивым человеком, никогда не забывающим обид, и это его приведет к вражде со своим окружением. Он станет настолько чувствительным к обиде, что как бы вы ни старались, вы все равно совершите оплошность и обидите его.

Такого человека просто невозможно не обидеть! То же происходит и с ревнивцем: стоит ему увидеть радостное и похорошевшее лицо жены, как в нем немедленно всплывают ревнивые образы со всеми последствиями.

Воображение, которое нами не контролируется, можно квалифицировать как непроизвольное мышление, цели которого различны. Например, если я непроизвольно представляю, как мой враг провалился в яму с нечистотами, то это мышление символически удовлетворяет мою потребность в мстительности, или в агрессии, или в самоутверждении, или в злорадстве. Если я воображаю, как мои друзья отнесутся ко мне после того, как смогу победить в конкурсе, или те удовольствия, которые последуют после встречи с моей любимой, то в данном случае мое воображение имеет целью символически удовлетворить мои желания. Если я предаюсь приятным мечтам, и если это происходит достаточно часто, и если вдобавок я наслаждаюсь этими мечтами, то мое воображение начинает действовать, как капризный, своевольный ребенок, шутки и проделки которого приятны отцу. Но избалованный ребенок после этого с такой же легкостью может проделывать и неприятные шутки, раз к ним привык и у него сложилась дурная наклонность как следствие полной бесконтрольности. Так же и наш ум в приятных мечтаниях привыкает к бесконтрольности. Мечтания превращаются в привычку, последствия которой нетрудно предвидеть.

Если представить на минуту, что мой ум с такой же легкостью и привычно будет воспроизводить ситуации обиды, ревнивые образы, то за этим последуют акты такого мышления, вроде обдумывания планов мести обидчикам или посрамления соперника, или еще хуже - мысли о том, как я накажу свою любимую за неверность. Отсюда нетрудно прийти к выводу, что мой вздорный ум приведет меня к несчастью. Такое мышление мы называем патогенным, т. е. мышлением, порождающим болезнь, патологию характера. Это не патологическое мышление, какое наблюдается у психически больных людей, оно вполне нормальное, но направлено оно на то, что порождает болезнь. Я кратко опишу его особенности, чтобы каждый из нас не допускал такого мышления у себя, и если оно все же есть, то стремился бы избавиться от него.

Черты патогенного мышления

Полная свобода воображения, мечтательность, отрыв от реальности. Эта непроизвольность воображения переносится на отрицательные образы, которые способствуют непроизвольным эмоциональным и инструментальным реакциям. Например, обдумывая обиду, человек невольно начинает предвосхищать наказание обидчиков и непроизвольно разрабатывает планы мести: представляет в воображении, какое возмездие должно настичь обидчиков. Аналогично протекает и воображение, связанное с другими чувствами, такими, как ущемленное достоинство, стыд, ревность. Поскольку эти эмоции причиняют страдание, то непроизвольно включаются механизмы защиты, в частности определенный вид мышления, целью которого является уменьшение этого страдания, переключение энергии эмоции в активность мышления, чаще всего агрессивного. Причем если агрессия направлена против других, против обидчика или человека, в глазах которого особенно остро чувствуется ущемленное достоинство, то мысли становятся агрессивными, т.е. содержание их связано с причинением неприятностей этим людям. Если же агрессия направлена против самого себя, то возникают угрызения совести, самоунижение. Обычно в этих случаях энергия мысли переключается на образы, связанные с наиболее ранними эмоциями, в которых происходило разрешение напряжения; чаще всего это жалобы, апеллирование к другим, иногда капризность.

Так как у человека отсутствует привычка контролировать и сдерживать такого рода мысли, поскольку он не знает об их вредоносности, то они полностью овладевают сознанием и насыщаются чувством, что приводит к закреплению такого рода мыслей. Когда человек занят повседневными делами, общается с другими или работает, то он вынужден в это время сосредоточивать внимание и соответственно мыслить о некоторых объективных предметах, что в некоторой степени сдерживает патогенное мышление, не дает ему свободы. Но стоит человеку оказаться наедине с собой, например перед сном или в состоянии покоя, как патогенные мысли сразу же роем окутывают его сознание.

В этом случае человек не в состоянии овладеть своими мыслями и вынужден применять снотворные или вовлекаться в деятельность, отвлекающую его, например в чтение перед сном. Если вы обнаруживаем в себе эти симптомы, то первое, что нужно сделать, это не позволять себе приятного воображения, а сдерживать его. Тогда легче будет сдерживать и неприятные мысли, контролировать патогенные акты мышления.

Поскольку каждый акт такого размышления и воображения сочетается с определенными переживаниями, то они по известным читателю закономерностям научения закрепляются с образами, вызываемыми в воображении. Вследствие этого эти образы приобретают большую энергию чувств и способствуют накоплению отрицательного опыта: обиженный

становится обидчивым, агрессивный-еще более агрессивным, ревнивый превращается в патологического ревнивца, трусливый -в патологического труса (оттого, что, кроме реальных событий, он и сам постоянно пугает себя). То же происходит с человеком, который перемалывает в голове ситуации, в которых он, например, испытал стыд и унижение, в результате чего вместо естественного стыда вырабатывает глубокое чувство неполноценности. Мы должны принимать во внимание тот факт, что закономерности научения проявляют себя не только тогда, когда мы хотим чему-нибудь научиться, но и всякий раз, когда испытываем переживания, особенно положительные. Ни одно переживание не проходит бесследно, оно увеличивает вероятность того акта мышления или припоминания, которое происходило перед этим или одновременно с переживанием.

Например, мне очень неприятно вспомнить ситуацию, где я испытал стыд. Казалось бы, этот акт воспоминания, получивший сильное отрицательное подкрепление, должен подавляться и сдерживаться. А на самом деле происходит наоборот, я часто вспоминаю об этом. Однако этот парадокс раскрывается просто. С момента, как возникает чувство стыда, немедленно включаются акты защитного мышления и воображения, приводящие к совершенно другому результату: я получаю приятные переживания, представляя, как я поступлю или поступил бы в этой ситуации, и это представление в конце концов доводится до такой степени, что содержание ситуации преобразуется в свою противоположность. Таким образом, стыд или обида мною даже не осознаются, а осознаются защитные мысли и представления, которые ими вызываются. Когда я спрашиваю агрессивного человека, часто ли он испытывает стыд или обиду, то он отвечает: "Никогда!" Однако, обучившись совершать интроспекцию своего агрессивного мышления и после того, как ему разъяснили, какие трансформации претерпевает его мысль, он был в состоянии обнаружить эти глубинные эмоции. Чаще всего оказывается, что он очень чувствителен к ним и болезненно реагирует на них.

Если бы каждый из нас имел возможность или научился выполнять акт прекращения мышления, исполнять стоп-реакцию, то он прекратил бы процесс научения, ведущий к закреплению актов патогенного мышления, порождаемых отрицательной эмоцией. Но это не решает проблемы, так как наказуемая эмоция не исчезает, а только сдерживается, подавляется, и на сдерживание, так же как и на стоп-реакцию, наша душа должна будет тратить известную часть своей энергии, чтобы противостоять бессознательному. Читатель понимает, почему это происходит. Дело в том, что в этом приеме контроля нашего ума мы применяем первую насильственную парадигму управления: наказание нежелательного акта мышления. Если же применять ненасильственную схему управления, то мы должны открыть путь течению мыслей, с помощью которого происходит ослабление неприятной эмоции. Однако это, как мы показали выше, способствует развитию защитного, чаще всего агрессивного мышления, или мышления самоутверждения. Это противоречие может быть разрешено, и мышление перестанет быть патогенным, если мы в состоянии отделить себя, отстраниться от мыслительного процесса, что без специального обучения сделать трудно. Но если мы можем отстраниться, то и последующее заключительное переживание устраняется. Отсюда понятно, что:

Патогенное мышление характеризуется полным отсутствием рефлексии, т.е. способности рассмотреть себя и свое состояние со стороны. Для него характерна полная включенность в ситуацию даже после того, как она прошла или разрешилась определенным образом; если принять во внимание наше Я, то для патогенного мышления характерно полное слияние Я с образами, которые продуцируются в сознании. Эти образы заражаются энергией от нашего Я, приобретают исключительный "магнетизм", притягивают другие образы и образуют целые комплексы, насыщенные необыкновенной эмоциональной энергией. Эти комплексы приобретают особое значение и проявляют себя в том, что их актуализация в сознании вызывает чрезмерные, "ненормальные" реакции. Несмотря на то, что патогенное мышление причиняет страдания, оно, став стереотипным, привычным, сохраняется, как и всякая привычка.

Для патогенного мышления характерна тенденция лелеять в себе и сохранять эти образования: обиду, ревность, страх, стыд. Налицо полное отсутствие

стремления отделаться от этих переживаний, непонимание того, что именно эта тенденция постепенно приводит к формированию патологии. Эта личностная особенность патогенного мышления обычно сочетается с полным невежеством и иногда неприятием принципов психогигиены.

Мы заметили, что достаточно человеку понять, что практика бесконтрольной фантазии чревата неприятными последствиями, как само это сознание усиливает способность к контролю мышления и воображения. Принципы гигиены внедряются в наше сознание и становятся элементами саногенного поведения, если мы их усвоили.

Ребенок тянет в рот все подряд, чтобы ощупать губами, языком и глубже воспринять предмет, проверить тактильно свои зрительные образы; в этом опыте он насыщает зрение богатством прикосновения и ощупывания. Но в определенном возрасте он узнает, что этого нельзя делать, так как это противоречит принципам гигиены, которой придерживаются родители. Поэтому подросший ребенок не допускает облизывания незнакомых предметов. Он усвоил саногенное поведение, точнее, саногенный запрет, так как его внешнее поведение было доступно восприятию окружающих и определенным образом понималось ими. Однако акты мышления, противоречащие принципам психогигиены, не воспринимаются окружающими не только потому, что они трудно распознаваемы, но и еще потому, что взрослые не понимают патогенного характера этих актов. Когда гигиенист говорит, что условием здоровья является чистота окружения, чистота пищи, чистота мышления, то мало кто придает последнему требованию особое значение. Поэтому патогенное мышление, свойственное данной культуре, является естественным и развивается спонтанно.

Действительно, если окружающие считают, что обида должна быть отомщена, то соответственно работают и мысли человека, даже если он их не выдает внешне в речи, обсуждая с близкими планы мести.

Следующей и главной особенностью патогенного мышления является неосознанность тех умственных операций, которые порождают эмоцию. Человек, не знающий, как порождается эмоция, не в состоянии ни понять, ни контролировать эти автоматизированные действия нашего ума. Поэтому он относится к эмоции как к реальности, которая не зависит от его души, порождается сама собой, и с ней он не в состоянии справиться. Тысячелетняя традиция считает эмоции самостоятельной сущностью, особой сферой нашей души и идет от платоновских представлений, сохраняясь по сегодняшний день не только в обыденном сознании, но и в научной психологии.

Мы описали в общих чертах особенности патогенного мышления, не касаясь его содержания, лишь по внешним признакам. Содержание патогенного мышления составляет множество программ мышления, приобретающих стереотипный характер, мало зависящих от ситуации и не учитывающих индивидуальные особенности как самого носителя стереотипа, так и обстоятельств, относительно которых высказывается суждение. Этим стереотипам придается значение "объективных законов", над происхождением которых не задумываются. Патогенное мышление культурными стереотипами придает мышлению автоматический характер, в котором выводы не учитывают обстоятельств, конкретности и протекают с механической последовательностью силлогизма, вроде; "Люди должны поступать справедливо, мой муж поступил со мною несправедливо, следовательно, он должен быть наказан"; "Любовь всегда связана с самопожертвованием, в данном случае моя жена не желает жертвовать своим отношением к ребенку, следовательно, она меня не любит, а любит только сына"; "Этот человек невоспитанный, у него плохие манеры, от него нельзя ждать ничего хорошего"; "Она дала слово любить меня до гробовой доски, но она меня не любит; ей нельзя доверять, она не выполняет свое слово и не следует долгу"; "Порок должен быть немедленно наказан, чтобы ему не дать разрастаться" и многое другое. Нетрудно понять, что все эти суждения являются результатом применения первой, насильственной парадигмы управления поведением других; в качестве желательного поведения выступает нечто, соответствующее стереотипу, а отсутствие такового должно обязательно приводить к наказанию.

Посмотри, читатель, какие черты этого мышления есть в тебе. Если ты убедился в том, что это плохие черты, то имеет смысл задуматься на. тем, чтобы устранить их в себе и овладеть с а но-генным мышлением, т. е. таким мышлением, которое способствует оздоровлению психики, снятию в ней внутренней напряженности, устранению застарелых обид, комплексов и многого другого.

Самовоспитание состоит не только в том, чтобы выработать в себе какие-то новые черты или устранить или ослабить дурные привычки, которые обнаруживаются вовне и шокируют других или вас самих, но и в том, чтобы устранить внутренние комплексы, внешне не обнаруживающие себя, но препятствующие хорошему самочувствию, ощущению уверенности в себе. Они повышают тревожность и беспокойство в обстоятельствах, которые разумом мы признаем сносными, например процесс экзаменов.

Самовоспитание не может пройти мимо такой работы, как повышение уверенности и снижение тревожности. Этому может способствовать саногенное мышление, основами которого можно овладеть самостоятельно, хотя под руководством специалиста этот процесс происходит эффективнее. Тревога всегда связана с ожиданием неприятных переживаний. Она - безобъектный страх. Поэтому в тревогу может перерастать ожидание как боли, обиды, так и зависти, стыда, неудачи и многих других эмоций. Если человек приобретает способность управлять своими эмоциями, то значительная часть его тревожности устраняется. Если я спокойно могу размыслить стыд или обиду, то страх перед обидой или стыдом не возникнет и не будет порождать состояния тревоги. Но чтобы уметь "размыслить" свои эмоции, нужно овладеть методами саногенного, оздоравливающего мышления.

<< | >>
Источник: Ю. М. Орлов. Восхождение к индивидуальности. 1991

Еще по теме Учусь управлять своим воображением:

  1. 5. Успеха добивается тот, кто лучше управляет своим состоянием.
  2. Если человек не умеет управлять собой, им начинают управлять другие.
  3. 5.6.2. Воображение
  4. ВООБРАЖЕНИЕ АКТИВНОЕ
  5. ВООБРАЖЕНИЕ ПАССИВНОЕ
  6. ВООБРАЖЕНИЕ
  7. ВООБРАЖЕНИЕ ТВОРЧЕСКОЕ
  8. ГЛАВА 11 ВОСПИТАНИЕ ВООБРАЖЕНИЯ
  9. 5.3.1. Недостаток направленного воображения
  10. ВООБРАЖЕНИЕ ПРАВИТ МИРОМ