<<
>>

Качественные газеты России

• История создания «Русских ведомостей». Основныесотрудники.

• Организация работы газеты.

• Тип газеты «Русские ведомости».

• Основное направление газеты.

• Центральный орган большевиков «Новая жизнь».

• Создание центрального органа партии эсеров.

• «Речь» — газета конституционных демократов. »

• «Голос Москвы» и «Утро России».

• Издания черносотенцев.

В понимании деятелей русской журналистики качествен­ная, или «большая», газета — это политический орган со строго выдержанным направлением, рассчитанный на своего читателя-еди­номышленника, образованного, понимающего стилистически слож­ные публикации, в которых обсуждаются серьезные общественные, политические, научные и другие проблемы. В подзаголовках таких газет указывалось: «Большая ежедневная газета политики, эконо­мики и литературы». Порядок последних трех слов мог меняться в зависимости от характера газеты, добавлялись другие, например «история», но суть оставалась прежней. Эти издания, как правило, были более консервативны в своих формах, в верстке, менее под­вержены изменениям, связанным не только с развитием вкусов чи­тателей, но и с новыми техническими возможностями.

В России во второй половине XIX — начале XX в. практически чистым типом подобного издания, моделью для других газет счита­лись «РУССКИЕ ВЕДОМОСТИ».

Газета впервые вышла в Москве 3 сентября 1863 г., ее издателем был достаточно известный писатель Н.Ф. Павлов. Редакция, типог­рафия и квартира издателя находились в одном доме. Газета печата­лась маленьким форматом, выходила три раза в педелю на восьми страницах и была рассчитана на провинциального читателя. Но на­мерения издателя не совпали с потребностями общества. В Москве в это время царила газета М.Н. Каткова «Московские ведомости». У московских кругов, оппозиционных официозному органу, своей газе­ты не было, поэтому «Русские ведомости» очень быстро были ис­пользованы противниками «Московских ведомостей» для пропаган­ды своих взглядов и превратились в центр, вокруг которого группи­ровались представители передовой московской интеллигенции.

Полемика с Катковым началась в 1864 г. с публикации письма девяти депутатов Московской думы, и это определило направление газеты. Н.Ф. Павлов умер через семь месяцев после начала издания. В «Русские ведомости» пришли молодые ученые Московского университета. Сменивший умершего издателя М.С. Скворцов пригла­сил А.С. Постникова, А.И. Чупрова, В.М. Соболевского, Н.А. Саблина, В.Ю. Скалона, Н.И. Янжула и др. Они придали газете серь­езный академический тон и просветительское направление. В чита­тельских кругах «Русские ведомости» так и называли — «профес­сорская» газета. «Для Чупрова, — вспоминали сотрудники, — газе­та с начала 70-х годов становится второй кафедрой... и можно ска­зать, что на ней он сделал для распространения в России экономических знаний не меньше, чем со своей университетской кафедры»1.

Будущий многолетний редактор «Русских ведомостей» В.М. Со­болевский пришел в газету случайно. 23 декабря 1873 г. оказалось, что некому писать передовую статью. Редактор газеты Скворцов буквально заставил 27-летнего юриста, оставленного в университе­те для подготовки к профессорскому званию, взяться за передовую. Соболевский сначала отказывался, но потом за одну ночь написал статью в 700 строк, которая целиком была опубликована. С 1873 г. он стал помощником редактора, а с 1876 г. — редактором. Всю свою жизнь Соболевский отдал «Русским ведомостям», он умер в 1913 г., успев отпраздновать 50-летие газеты.

В «Русских ведомостях» сложился свой круг сотрудников, талант­ливых, серьезных журналистов. Здесь работал в 80 —90-е годы «ко­роль» русского репортажа Вл. Гиляровский, писал Гл. Успенский, Вл. Розенберг редактировал внутренний отдел и затем был соредактором газеты, С. Мельгунов заведовал провинциальным отделом.

Активным сотрудником был В.Е. Якушин — внук декабриста И. Якушина, член I Государственной думы. Надо отметить, что в I Думе было много депутатов из круга «Русских ведомостей». В пе­риод реакции 1907 — 1908 гг., депутаты Г.Б. Иоллес и М.Я. Герценштейн — корреспонденты газеты — были убиты черносотенцами.

В XX в. в «Русских ведомостях» сотрудничали П.Д. Бобрыкин, В.И. Вернадский, В.Г. Короленко, А.В. Пешехонов, А.Н. Толстой и др. Поначалу материальное положение газеты было тяжелым. После своей смерти Скворцов оставил большие долги, и, чтобы по­править финансовые дела, с 1882 г. издание «Русских ведомостей» переходит в руки Товарищества. На предложение В.М. Соболевского составить Товарищество по изданию газеты откликнулись: По­стников, Чупров, Анучин, Бларамберг, Скалон, Джаншиев, Лукин, Саблин, Пагануцци — всего вместе с Соболевским 10 человек. Правда, необходимые средства они собрать не смогли, большую часть суммы дал железнодорожный магнат В.И. фон Мекк.

Обязанности среди членов Товарищества распределялись следу­ющим образом: внутренним отделом ведал М.А, Саблин, помогал В.Ю. Скалон; иностранный отдел вел П.И. Бларамберг — публи­цист и композитор; московским отделом руководил А.П. Лукин; экономической частью занимался А И. Чупров; судебной хроникой --Г.А. Джаншиев. Основным фельетонистом газеты стал И.Ф. Васи­левский, писавший под псевдонимом Буква. Судебные репортажи вел Н.В. Юнгфер, на общие репортажи в помощь В.О. Иордану были приглашены Вл. Гиляровский и Ф. Митропольский. Состав Товарищества практически не менялся, и это дало свои плоды: га­зета стала приносить доход2.

С точки зрения организации материальной стороны издания «Русские ведомости» были самой удачной попыткой кооперативно­го владения газетой коллективом сотрудников.

Свой тип «Русские ведомости» нашли не сразу. Сначала по всем параметрам (задачи издания, читательская аудитория, объем, формат, периодичность) это была типичная «малая» газета, что подчеркнул и один из рецензентов газеты Г.З. Елисеев. В 1873 г. во внутреннем обозрении «Отечественных записок» он писал: «Сре­ди газет, причисляемых у пас к так называемой малой прессе, са­мым заметным образом выделяется из всех издаваемых в Москве газета «Русские ведомости»3.

Но, становясь центром объединения московской оппозиционной интеллигенции, «Русские ведомости» понимали необходимость из­менения типа своего издания. Несколько раз увеличивались формат газеты и ее периодичность, в связи с этим менялась цена. В 1887 г. газета приняла тот вид, который стал привычным для читателя XX в.: большой формат, ежедневный выход на восьми страницах, сто­имость подписки — 7 — 8 рублей в год.

На протяжении полувека газета не меняла своего внешнего вида, избегала всяческих технических новшеств, не пользовалась крупными заголовками, статьи, как правило, очень большие, наби­рались «в подбор» одинаковым шрифтом, «узким корпусом». Это должно было подчеркнуть верность газеты одному стилю, одному принципу издания как в оформлении, так и во взглядах. Главной особенностью «Русских ведомостей», привлекавшей интеллигентно­го, мыслящего читателя, была приверженность одному, однажды выбранному идеологическому направлению.

В 1873 г. в Гейдельберге (Германия) прошел негласный съезд рус­ских молодых ученых, среди которых были руководители «Русских ведомостей». На съезде обсуждались основные научные и обществен­ные проблемы России. На вопрос «Чего добиваться в России?» съезд ответил: «Добиваться конституции и демократических социальных ре­форм». После съезда А.С. Постников и В.М. Соболевский составили программу деятельности газеты. Этой программе газета следовала не­укоснительно все 50 с лишним лет своего существования.

Как только в период «политической весны» и политики «дове­рия» в начале XX в. появилась возможность говорить более откры­то, газета начала публиковать материалы, развивавшие идеи съезда в Гейдельберге. 14 октября 1904 г. в передовой статье, написанной В.Ю. Скалоном, но опубликованной без подписи, «Русские ведомо­сти» заявили, что основная особенность современной жизни — «факт полного несочувствия большинства русского общества той по­литике, которой в последние десятилетия следовало правительство в сфере внутреннего управления». Достаточно четко, хотя и в завуали­рованной форме — доверие доверием, а цензура не отменена — газета определила основные задачи момента: «Насущный потребностью на­шего времени является правильная постановка законодательной дея­тельности в смысле обеспечения ее сферы от вторжения администра­ции и придания ей большей жизненности. Ввиду последнего необхо­димо предоставление участия в законодательной работе народным представителям. Пора, наконец, признать за русским народом право законно влиять на свои судьбы и на законодательное решение касаю­щихся его жизненных вопросов». Летом 1905 г. газета опубликовала Проект Основного Закона Российской империи, выработанный одним из кружков Союза Освобождения и переработанный комиссией Земс­кого союза, т.е. представителями будущей партии кадетов.

Конечно, цензура не оставила без внимания подобные «вольно­сти». В 1905 г. газету дважды приостанавливали: значит, публикуя эти документы, газета шла на сознательный риск, хотя вообще ста­ралась цензуру не раздражать. По словам С. Мельгунова, у газеты было мудрое правило: молчать, когда нельзя было говорить. В ре­волюционное время это правило было нарушено.

Манифест 17 октября 1905 г. «Русские ведомости» посчитали дол­гожданной Конституцией. Но газета должна была самоопределиться.

В первом номере за 1906 г. изложена программа «Русских ведо­мостей». «Свобода личности и ее гарантии, свобода совести, печа­ти, собраний и союзов, народное представительство, построенное на началах всеобщего избирательного права, ...основной закон, выра­ботанный народными представителями и утвержденный государем, ...усиленная деятельность по развитию и распространению народно­го образования и просвещения, ...признание прав различных наци­ональностей империи на культурное самоопределение и самоуправ­ление — вот те главные вехи, ...которым мы и считаем себя обязан­ными следовать в нашей скромной деятельности как органа печа­ти». Это означало, что издание ставило целью добиваться консти­туционной монархии и демократических свобод, принятых в цивилизованных странах.

Подобная программа в основном совпадала с программой партии кадетов, поэтому после победы партии народной свободы на выборах в I Государственную думу «Русские ведомости» поддержали именно ее. Но центральным органом партии кадетов газета не стала. Ее на­правление было гораздо шире, чем партийная программа, даже и близкая по духу. «Русские ведомости» стремились объединить все направления общественной мысли. В конце XIX в. здесь сотруднича­ли Н.К. Михайловский, Л.Н. Толстой, М.Е. Салтыков-Щедрин, Н.Г. Чернышевский и находившийся в эмиграции II.Л. Лавров, т.е. публицисты и писатели других взглядов, отличных от основного направления газеты, по «Русские ведомости» гордились их участи­ем. Редакция подчеркивала, что в своих материалах эти авторы пи­сали не о том, что их разъединяет, а о том, что объединяет все про­грессивные силы России. Газета стремилась, чтобы на ее страницах сходились представители разных партий и убеждений и решали общие вопросы развития страны исходя из одной цели — блага Рос­сии. Конечно, такая программа редко осуществлялась полностью, особенно в XX в. Умеренная реформаторская позиция «Русских ве­домостей» оказывалась неприемлемой для радикальной части обще­ства, которая год от года усиливала свое влияние.

До 1905 г. газета практически была единственным серьезным органом периодики, объединявшим образованных мыслящих людей России. После создания множества партий, в момент увлечения новой для общества партийной деятельностью читатели стали выби­рать близкую своим взглядам партийную программу и, следова­тельно, периодический орган, эту программу пропагандировавший. Это сокращало влияние «Русских ведомостей», стремившихся со­хранить имидж беспартийной, независимой газеты. Кроме того, вызванный революцией количественный рост газет, в том числе и «больших», давал возможность найти более понятный по стилю и современный по форме орган периодики. Широкая, менее образо­ванная часть аудитории не всегда понимала серьезные, в академи­ческом тоне написанные статьи высокообразованных авторов, рас­считанные на такую же высокообразованную аудиторию.

Приверженность газеты одному направлению, единому традици­онному стилю и форме в изменившихся социальных условиях сыг­рала отрицательную роль. «Русские ведомости» не воспользовались новыми возможностями, в том числе и техническими, для привле­чения нового, вошедшего в сферу влияния газет читателя. Оставаясь верными своей программе, своему полвека назад избранному читате­лю, «Русские ведомости» перестали быть самым главным и един­ственным органом либеральной оппозиционно настроенной интелли­генции. И тем не менее газета, 55 лет хранившая верность раз и на­всегда выбранному типу и направлению, стала эталоном «большой» качественной газеты России и сыграла выдающуюся роль в системе русской легальной журналистики 2-й половины XIX — начала XX в.

Манифест 17 октября 1905 г. открыл возможность формирования впервые в истории России политических партий. В конце 1905 — начале 1906 г. в стране появляются ЦЕНТРАЛЬНЫЕ ОРГАНЫ возникших партий.

Первыми значение газеты в деле организации партии поняли со­циал-демократы и эсеры. Они наладили выход за рубежом своих нелегальных органов «Искра» и «Революционная Россия» еще в 1900 г. По тому же пути пошли будущие кадеты, двумя годами поз­же начавшие издавать журнал «Освобождение». Нелегальные газе­ты и журналы издавались с трудом, невозможно было выдержать пе­риодичность, а тем более тип издания. Недаром В. Чернов (лидер эсеров) называл «Революционную Россию» «ни газета, ни журнал».

С момента легализации партий постановка партийной прессы стала неотложной задачей. Первыми опять сориентировались ради­кальные партии, социал-демократы (большевики и меньшевики) и со­циалисты-революционеры. Для организации партийных легальных га­зет находившиеся в эмиграции лидеры партий — В. Ленин и В. Чернов — выехали в Россию. Но чтобы не привлекать излишнего внима­ния цензуры, несмотря на «медовый месяц» свободы печати, и та и другая партия не стали создавать новых газет, а предпочли воспользо­ваться уже выходившими или только что разрешенными изданиями.

Большевики решили превратить в центральный орган своей партии газету поэта-символиста Н. Минского, который в октябре 1905 г. получил разрешение на издание периодического органа под названием «Новая жизнь». Н. Минский и другие поэты-символисты, согласившиеся сотрудничать с большевиками, в том числе К. Баль­монт, поместивший в газете самые революционные свои стихотво­рения, воспринимали революцию как слом старого страшного мира, мешавшего построению на земле «Царства Духа». Их отношение к революции 1905 г. выразил В. Брюсов в знаменитой строчке: «Ло­мать мы будем с вами, строить — нет».

Договор с Минским заключали A.M. Горький и М.Ф. Андрее­ва, которая выступала как издательница. 22 октября 1905 г. состоя­лось заседание редакционного комитета, на котором договор был окончательно утвержден. В Женеве была создана редакционная коллегия газеты, в которую вошли В. Ленин, В. Боровский, М. Оль­минский, А. Богданов. 27 октября 1905 г. вышел первый номер «Новой жизни» с бесплатным приложением — программой социал-демократической партии. С 9-го номера редактором стал вернув­шийся из-за границы Ленин. Минскому был предоставлен литера­турный отдел. Он взялся за дело с большим энтузиазмом. Вот как описывал в своих воспоминаниях одно из заседаний Союза в защи­ту печати, на котором присутствовал Минский, А.Р. Кугель — из­вестный театральный критик, издатель журнала «Театр и искусст­во». «Но затем Минский заговорил. Ах, как он говорил!.. Он на­чал с того, что, в сущности вещей, ему вообще наплевать на все высокое собрание, с которым у него нет и не может быть ничего об­щего! Что он, Минский, ставленник пролетариата! Что будущее принадлежит ему! Что он пришел сюда только за тем, чтобы ска­зать, что с такой буржуазной дрянью, как присутствующее здесь высокое собрание, и разговаривать не стоит. При этом он стучал по столу кулаком и барабанил ложечкой по чайному блюдечку. Сам он был маленький и невзрачный, но революционного огня в нем была бездна... Проппер был очень бледен, и я думал, что ему после это­го всю ночь снился страшный революционный вождь в образе Мин­ского, снимающий наборщиков с работы, а также снимающий брит­вою скальп с «Биржевых ведомостей», — что впоследствии нисколько, однако, не помешало Минскому регулярно писать коррес­понденции в «Биржевые ведомости» из Парижа»4.

Несмотря на иронический тон этого рассказа (воспоминания пи­сались после Октября 1917 г., когда акценты надо было расстав­лять в пользу победившего пролетариата) видно, что Минский со­знательно передал свою газету большевикам и очень этим гордил­ся. Впоследствии в Париже он издал книгу, где с горечью расска­зывал, как социал-демократы вытеснили его из газеты. Конечно, революционные настроения и Минского, и Бальмонта не были ни серьезными, ни глубокими, но в момент общественного подъема свою роль они сыграли.

Всего удалось выпустить 27 номеров газеты, в них в основном раз­рабатывались вопросы стратегии и тактики большевиков в период ре­волюции5. В «Новой жизни» было опубликовано большое количество работ В.И. Ленина, в том числе статья «Партийная организация и партийная литература», надолго ставшая основной теоретической ра­ботой, трактующей проблемы партийности литературы и печати. Пос­ле закрытия первого легального центрального органа большевиков его место смогли занять в 1910 и 1912 гг. «Звезда» и «Правда».

Примерно тем же путем пошли эсеры. О создании легального органа партии в России рассказал В. Чернов в статье «От «Рево­люционной России» к «Сыну Отечества», опубликованной в первом номере вышедшего в 1923 г. в Берлине журнала «Летопись револю­ции». «Во второй половине 1905 г. стало ясно, — писал лидер эсе­ров, — что заграничная пресса не успевает за событиями... Извес­тие (о Манифесте 17 октября. — С.М.) застало нас врасплох, и разноголосица была большая...» После долгих споров в ЦК партии ехать или не ехать в Россию Чернов отправился в Петербург с це­лью наладить издание газеты. За помощью он пришел в редакцию журнала «Русское богатство», где рассказал о своих планах. «Я одушевленно развивал ту идею, что теперь каждая газета должна будет политически самоопределиться и открыто выбрать совершен­но определенное партийное знамя». Чернова поддержали сотрудни­ки журнала С. Мякотин и А. Пешехонов, с которыми он был почти не знаком, и Е. Ганейзер — один из членов редакции петербургс­кой газеты «Сын Отечества». Издателем газеты был С.И. Юрицин, редактором Г. Шрейдер, который уже планировал сделать газету общенароднического направления органом с более определенной партийной программой.

Вопрос о переходе газеты на позиции партии эсеров решался демократическим путем на общем собрании сотрудников. В. Чернов рассказал о программе эсеров в революционный период, но его под­держала не вся редакция. Заведующий обзором печати М. Ганфман-Ипполитов заявил, что он «самоопределился» как кадет, не со­гласились остаться в газете известный фельетонист Яблоновский, критик Ганейзер, писательница Юлия Безродная. То есть решение о переходе «Сына Отечества» на положение центрального органа партии эсеров принималось коллегиально. Правда, долго централь­ный орган левой партии просуществовать не мог и так же, как и «Новая жизнь», в конце 1905 г. «Сын Отечества» был закрыт6.

Гораздо более длинная жизнь была суждена газете «Речь» — ЦО партии конституционных демократов. Кадеты смогли создать свой легальный орган не сразу. Во второй половине 1904 г. «Союз освобождения», из которого образовалась в конце 1905 г. партия, сделал своим негласным центральным органом газету «Право», из­дававшуюся В.М. Гессеном и Н.И. Лазаревским. Затем эту роль играли «Наша жизнь» Л.В. Ходского и «Наши дни». Была попыт­ка создать «Вестник партии народной свободы».

На второй день после появления «Вестника...», 23 февраля 1906 г. вышла газета «Речь». Создавшие ее П.Н. Милюков и И.В. Гессен не могли быть официальными редакторами газеты, так как находи­лись под следствием по делу об издании «Народной свободы», по они стали фактическими руководителями «Речи» и ее ведущими со­трудниками. Надо заметить, что редакция постоянно доказывала, что «Речь» не является центральным органом кадетов, в подзаголовке газеты стояло: «Внепартийный политический свободный орган».

Такая «скрытность» имела свои причины. Газеты, выражавшие идеи той или иной партии, выполнявшие функции центрального органа, всегда были не только серьезными «большими» изданиями. Это были «газеты мнений», которые отражали взгляды группы единомышленников, объединившихся в политическую организацию со своей программой и уставом. Аудитория строго выдерживающего партийное направление издания не могла быть широкой. Сочув­ствующие чаще удовлетворялись другими изданиями, не связанными партийными обязательствами и дисциплиной, которые давали более разнообразный спектр оценок и мнений. Центральные орга­ны, как правило, были убыточными и ложились на партийный бюд­жет тяжелым бременем. Именно поэтому «Речь» и пыталась скрыть свою роль центрального органа кадетской партии.

И все же об этом было известно всем. В.И. Ленин постоянно подчеркивал, что «Речь» — центральный орган кадетов, и призы­вал заявить об этом открыто и начать печатать резолюции ЦК партии кадетов, что обязан был делать центральный орган партии. С первого номера «Речь» поставила своей целью «бороться со сти­хией», она пыталась ввести продолжавшиеся в стране революцион­ные события в русло парламентской борьбы. Газета рассматривала Думу как путь к упрочению конституционного строя на широкой демократической основе. 28 мая 1906 г. в передовой статье газета предлагала создать «общую почву, на которой освободительное дви­жение могло бы держаться с полным единодушием без различия от­тенков». «Речь» надеялась на крестьянство, которое, по ее мнению, будет выражать в Думе идеи партии народной свободы, она даже предлагала тактический союз с социал-демократами, гневно отверг­нутый В.И. Лениным. Пытаясь прояснить дальнейший путь стра­ны, авторы «Речи» опирались на немецкий и английский опыт. Ан­глийский опыт использовался и при построении структуры газеты. Редакция старалась вести ее по образцу лондонской «Таймс». Под­заголовок определял издание как «большую ежедневную политичес­кую и литературную газету», т.е. ее тип был традиционным для ка­чественных газет и России и Европы. В «Речи» был серьезный литературный отдел, она была хорошо осведомлена и о зарубежных новостях, хотя иностранных корреспондентов имела мало.

Для социал-демократов, и особенно для В.И. Ленина, «Речь» и партия народной свободы были главными идейными врагами. По­этому на следующий день после 25 октября 1917 г. «Речь» была закрыта специальным постановлением победившей партии. В нача­ле 1918 г. ее издание пытались возобновить, по попытка не удалась.

В современной науке нет ни одной работы, посвященной России начала XX в., где не упоминались бы «Речь» или опубликованные в пей статьи, но сама газета практически не изучена7. Не прочитан полностью комплект газеты, пет ни одного исследования собственно самой «Речи», а не ее роли в том или ином историческом или общественном событии.

То же самое можно сказать и о других центральных органах русских буржуазных партий. Больше других «повезло» в этом смысле центральным органам партий крупной буржуазии, изда­вавшимся в Москве. Октябристы, прогрессисты, мирнообновленцы издавали газеты «Голос Москвы» и «Утро России». О них пи­сал В.Я. Лаверычев в книге «По ту сторону баррикад», вышедшей в 1967 г., и А.Н. Боханов в ряде статей и уже упоминавшейся кни­ге о крупном капитале и русской газете.

В конце 1906 г. «Союз 17 октября» (октябристы) начал изда­вать свой центральный орган — «Голос Москвы». В задачу партии входило создание органа периодики, «который не только проводил и пропагандировал бы общие капиталистические идеи в духе защи­ты интересов пашей отечественной промышленности и торговли и общего экономического блага России, но и главным образом слу­жил бы противовесом крайне левой прессе в ее агитационных про­исках среди рабочих масс».

«Голос Москвы» издавался «Московским товариществом для издания книг и газет», которое имело капитал около 400 тыс. руб­лей, но главные средства на газету давали братья Гучковы — круп­ные фабриканты. А.И. Гучков являлся одним из лидеров октябрис­тов. Но поставить газету должным образом московская буржуазия не смогла. К 1909 г. влияние А.И. Гучкова в «Союзе 17 октября» стало падать, многие московские промышленники от газеты ото­шли, и на издание стало не хватать денег. Кроме всего прочего, в Москве появился сильный конкурент — политический орган партии мирного обновления газета «Утро России», финансировавшаяся П.П. Рябушинским, М.М. Ковалевским, И.Х. Озеровым, Н.И. Худековым и др. Орган мирнообновленцев выступил с резкой крити­кой, октябристов, их лидера и «Голоса Москвы». «Что за жалкая газета! — восклицало «Утро России». — Какой пошлостью веет от оригинальных статей! Какая масса перепечаток из «Нового време­ни», часто без указания источника. И патентованное невежество»8.

К 1912 г. «Голос Москвы» совсем пришел в упадок. Подписчи­ков перехватило «Утро России». Начавшее выходить осенью 1907 г., оно скоро прекратилось, но в ноябре 1909 г. возобновилось. В фи­нансировании газеты приняли участие крупнейшие предприниматели Москвы: А.И. Коновалов, Н.И. Морозов, С.Н. Третьяков. К 1911 г. «Утро России» стало авторитетным изданием. Газета много писала о проблемах развития российского капитала, о внешней по­литике России. Орган группы П.П. Рябушинского стоял у истоков повой, созданной в 1912 г. партии прогрессистов. Газета не была последовательной в своих взглядах, в 1913 г. она выступала за блок октябристов и прогрессистов, забыв о прежних распрях. Програм­му «Утра России» разделяли и так называемые молодые московс­кие промышленники, отличавшиеся по своим взглядам от старшего поколения русских предпринимателей. Февральскую революцию «Утро России» приветствовало как конец всяких революционных потрясений. После октября 1917 г. газету закрыли.

Остальные центральные органы различных партий и групп, до­статочно многочисленные, известны только по названиям и отдель­ным ссылкам в дореволюционной русской прессе. Но даже судя по этим скупым сведениям, можно сделать вывод, что их изучение представляет определенный интерес.

Вот что писал, например, журнал «Русское богатство» об одной из черносотенных газет под названием «Гроза», которая выходила в Петербурге как общественно-политическое и литературное издание в 1909 г. По характеристике журнала, «Гроза» — «нечленораздельный орган некоего дикого, но высокого политического салона... На высо­тах теперь много всяких политических салонов и почти у каждого из них собственный орган: у одного «Русское знамя», у второго «Пря­мой путь», у третьего «Колокол». Редактор «Грозы» Жеденев когда-то палил в редакции «Недели» из пистолета по Меньшикову. Не­смотря на то что это был ярый черносотенный орган, «Грозу» часто штрафовали, привлекали, с ней вела войну и столичная и провинци­альная администрация». Объясняя этот удивительный факт, народ­нический журнал рассказал о том, что современным историкам рус­ской журналистики практически неизвестно: об «обратной связи» между черносотенными органами прессы и малообразованным и не­искушенным, но хорошо знающим расстановку сил читателем.

«Какие-то олимпийцы пожелали при посредстве этого издания вещать улице. Как слушает улица и как понимает — неизвестно. Но она быстро сообразила, что при помощи той же «Грозы» можно если не разговаривать с Олимпом, то доводить до его сведения обо всем, что вздумается, желательно или необходимо... Петербургские извоз­чики первыми воспользовались «Грозой», чтобы довести до Олимпа разные свои жалобы. А потом и пошли писать из самых разнообразных мест и, по-видимому, самые разнообразные лица. Пишут о гу­бернаторах, архиереях, о градоначальниках, об исправниках, поли­цеймейстерах, о всяком ином большом или малом начальстве... Точ­но так же улица пользуется и «Русским знаменем», и «Земщиной», и почти всеми другими органами этого типа: все они превращены как бы в почтовые ящики, куда опускаются корреспонденции, предназ­наченные для Олимпа, для тех или иных его уголков»9.

Напомним, что «Русское знамя» и «Земщина» — центральные органы разных течений черносотенцев. Оставаясь выразителями идей самых реакционных групп русского дворянства, эти газеты неожиданно приобрели какой-то массовый характер. «Вещать ули­це» оказалось непросто, и в этих газетах начала «вещать улица». Проследить, о чем писали представители «улицы» и как реагирова­ли на эти письма на Олимпе, представляется очень интересным, но это дело будущего.

--------------------------------------------------------------------------------

1 Цит. по: Русские ведомости. 1863-1913. Сб. статей. — М., 1913. С. 9.

2 См.: Боханов Л.Н. Буржуазная пресса России и крупный капитал. — М., 1984. С. 69.

3 Цит. по: Русские ведомости. 1863-1913. Сб. статей. — М., 1913. С. 19.

4 Кугель Л,Р. Листья с дерева. — Л., 1926. С. 176.

5 См.: Смирнов С.В. Легальная пресса в годы первой русской революции. — Л., 1981. С. 133-140.

6 См.: Летопись революции. 1923. № 1. С. 75, 96.

7 См.: Смирнов С.В. Легальная пресса в годы первой русской революции. С. 60.

8 Утро России, 9 августа 1912 г.

9 Русское богатство. 1912. № 8. Отд. II. С. 79-80.

--------------------------------------------------------------------------------

--------------------------------------------------------------------------------

<< | >>
Источник: С.Я. Махонина. История русской журналистики начала XX века. 2004

Еще по теме Качественные газеты России:

  1. Возникновение первых рабочих газет в России
  2. Массовые и бульварные газеты «Московский листок», «Россия», «Газеты-Копейки»
  3. § 2. Банковская система России. Взаимоотношения Банка России с кредитными организациями
  4. «Качественная» пресса.
  5. МЕТОДИКА КАЧЕСТВЕННАЯ
  6. АНАЛИЗ КАЧЕСТВЕННЫЙ
  7. КАЧЕСТВЕННЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ
  8. КАЧЕСТВЕННЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ
  9. 1. КОЛИЧЕСТВЕННАЯ И КАЧЕСТВЕННАЯ ТРАДИЦИИ В ЭМПИРИЧЕСКОЙ СОЦИОЛОГИИ
  10. 4.3. Визуализация и качественные методы моделирования
  11. 1.2. Интервью в качественной и количественной социологии
  12. Количественный и качественный подходы российской социологии
  13. Историческое взаимодействие количественной и качественной традиций
  14. «Газета-копейка»
  15. 2.1.1. Газеты на любой вкус
  16. Е) КАК ЧИТАТЬ ГАЗЕТУ
  17. 4. Электронные газеты
  18. Типы русских газет
  19. Газета «Неделя»
  20. Пресса и рекламодатели. Бесплатные газеты.