<<
>>

§ 84 Значение писцовых книг и межевых актов по делам специального межевания и отношение их к вотчинному праву. – Может ли разрешенный по межевым правилам вопрос о владении внутри общей дачи служить к предосужде- нию вотчинного права? – Случаи, в коих требуются доводы от перводачников. – Нынешнее значение писцовых книг как доказательства в делах вотчинных

Итак, в настоящее время, за исключением дач, в коих не соверши- лось еще генеральное межевание, писцовые книги принимаются за дока- зательство при внутреннем размежевании дачи между соучастниками (944 ст.

Меж. Зак., изд. 1893 г.). Но это относится лишь до дач, которые при генеральном межевании замежеваны были в общее владение, остава- ясь внутренне не размежеванными; если же дача при генеральном меже- вании замежевана была в единственное владение, которое уже впоследст- вии раздробилось, то разверстание ее производится по крепостям и по давности.

В делах сего рода весьма часто участвует казна совместно с частны- ми владельцами, и от сего происходит особенное свойство таких дел и особенное значение, принадлежащее в них писцовым книгам. Казна – как представитель государства – является в сих делах, именно там, где владе- ние происходит из писцовой дачи в качестве первоначального и, так ска- зать, основного владельца всех земель, к даче принадлежащих, отыскивая себе и в надел крестьянам, сидящим на казенной земле, тем большее ко- личество земли, чем менее придется по расчету на крепости частных вла- дельцев; ибо по предъявлении и по разборе крепостей, когда определится крепостная дача, все остальное количество земли окажется примерным и должно быть распределено между соучастниками по пропорции крепост- ной дачи. Таким образом, весь документальный материал, из которого слагаются вотчинные права и владения в даче, представляется по делам сего рода, так сказать, в двух планах. На заднем или основном плане пис-

754

цовая дача, т.е. официальное означение всех частных владений и вла- дельцев, найденных в даче во время составления писцовой книги. Здесь обыкновенно означаются: 1) частные владельцы, по праву вотчинному или поместному – предшественники, от которых тем или другим путем, в целости или в раздроблении дошло владение к настоящим владельцам;

служилые люди разных чинов прежнего времени, которым отведена была по окладу, совокупно, земля для отправления службы: это предки нынешних государственных крестьян или однодворцев, у коих земля сия

сохраняет значение казенной общественной земли. На втором или перед-

нем плане представляются: 1) наличное владение каждого из соучастни- ков, оказавшееся в даче; 2) крепости и другие доказательства новейшего времени, которыми наличные владельцы оправдывают свое владение;

поместная дача однодворцев; наконец, 4) если в даче поселены одно- дворцы, то у предков их могли быть особые земли, принадлежавшие им в вотчинном праве, которые они могли передавать на таковом же праве своим наследникам-однодворцам, а часть и продавать посторонним ли- цам. Но у однодворцев могли быть земли различного свойства, с правом или без права свободного распоряжения, и под предлогом вотчинного права нередко продавались однодворцами незаконно земли, которыми они распоряжаться не могли в силу многочисленных и изменчивых за- претительных указов; посему крепости сего рода, и отдельные однодвор- ческие владения вообще, представляются сомнительными и требуют не- редко подробного рассмотрения, которое затрудняется переходами вла- дения от одних лиц к другим, применением давности к владению, сооб- ражением множества разноречивых указов старого времени и т.п.

В таких обстоятельствах для казны как основного владельца дачи – явный интерес состоит в том, чтобы подвергнуть спору и устранить как можно более крепостей в даче, ибо чем менее будет крепостной земли частного владе- ния, тем более примерной земли по расчету отойдет на писцовую дачу однодворческую, в казенное владение. Дела сего рода прежде производи- лись, как выше изъяснено, судебно-вотчинным порядком, так что сила судебного решения простиралась и на вотчинные права соучастников. Ныне дела эти производятся судебно-межевым порядком, и решение су- дебно-межевое не отнимает у лиц, устраненных из числа владельцев или обрезанных в своем владении, законной возможности доказывать свое вотчинное право по крепостям особо, порядком судебно-вотчинным. Но для частных владельцев от этого не легче, ибо с устранением крепостей при судебно-межевом разбирательстве они должны лишиться владения, а с владением, кроме материальной выгоды, соединяются и другие пре- имущества. В процессе о разделе общего владения положение всех участ-

755

ников уравнивается, ибо всякий состоит владельцем и пользуется выго- дами владения; каждый, представляя свои оправдательные документы, имеет право требовать документ ото всех; подвергая критике титулы сво- его владения, в то же время подвергает таковой же критике чужие титу- лы, не выходя из спокойного положения, т.е. из владения; каждый в одно время истец и ответчик. Напротив того, весьма невыгодно, не имея вла- дения, опровергать владение чужое и доказывать свое право против чу- жого владения. Гораздо легче и удобнее по условиям совместного владе- ния наличному владельцу изъяснить и оправдать свое владение, чем лицу, лишившемуся владения, – доказать свое вотчинное право. В первом со- стоянии и право неполное или условное может получить при помощи владения вид безусловный. В последнем состоянии приходится, помимо владения, сразу вывести и доказать безусловное вотчинное право. Между тем по новым правилам судебно-межевого разбирательства решительно воспрещено принимать к рассмотрению суда такие акты, которые по прежнему порядку можно было рассматривать в общем деле об отделе- нии земель, не отдельно от владения, например, акты, в которых не будет ясного доказательства, что они принадлежат до межуемой дачи, купчие на поместные земли, совершенные после 1765 года однодворцами, и пр.

Не предполагаю касаться многосложной казуистики, выработанной по делам сего рода практикою и относящейся к разбору документов ча- стного владения; но считаю нужным остановиться на одном вопросе, который нередко возбуждал недоумения по делам сего рода, и, конечно, еще нередко будет в них возобновляться, – именно на вопросе о том, в каких случаях есть основание требовать от частных владельцев по их крепостям так называемые доводы от перводачников.

В делах о размежевании общего владения с казною, и именно там, где есть писцовая дача, нередко случалось, что казна, имея перед собою крепости частных лиц, служащие достаточным доказательством законно- сти их личного владения и законности приобретения вотчинного права в лице самих владельцев или ближайших их предшественников, не доволь- ствовалась этими доказательствами и требовала еще, чтобы наличные владельцы оправдали свое вотчинное право по всем степеням перехода, довели бы свое право крепостями и мерою до первых дачников, означен- ных в писцовой книге, доказали бы, как именно дошло к ним владение от этих первых дачников и в какой именно мере, по крепостям. Очевидно, что в редких только случаях наличный владелец мог удовлетворить этому требованию и собрать по справкам со старыми крепостями и с книгами вотчинного департамента (моск. архив министерства юстиции) достовер- ные сведения о переходах владения по актам от первого дачника к по-

756

следним из его преемников. Притом известно, что в старину, особенно при смешении начал вотчинной записки и при беспрерывной перемене учреждений в первой половине XVIII столетия, переходы владения по наследствам, завещаниям, продажам и другим сделкам совершались весьма часто безъявочно, одною безгласною передачей и овладением, и требовать документальной поверки всех этих переходов, невзирая на то, что они покрывались старинным владением и бесспорностью, значило бы в большей части случаев просто отнять землю под незаконным предлогом у законного ее владельца. Однако же слово: «доводы от перводачников» долго оставалось страшным словом для владельцев, ибо случалось, к со- жалению, что судебные места, уступая требованию казны и не имея сами ясного сознания о том, в каких случаях требование доводов допускает- ся, – лишали владения тех, кто не был в состоянии представить доводов. Это неведение происходило не от чего иного, как от недостаточного зна- комства с межевою инструкцией.

Доводы от перводачников могут иметь место только там, где есть еще общее нераздельное владение, происходящее от одного первона- чального основания, из одного общего источника вотчинных прав. В споре между двумя сторонами о вотчинном праве, а не о количестве владения, доводы эти не имеют значения: довольного одного, хотя бы ближайшего, непосредственного акта, или двух-трех, для того, чтобы утвердить основание приобретения, когда оно соединяется с владением, продолжавшимся в течение давности. Каждая сторона выставляет осно- вание своего права, которое выводит от одного бесспорного прежнего вотчинника, и на этой, так сказать, бесспорной точке, из которой выво- дится приобретение обеих сторон, суду предстоит сравнить титул одной стороны с титулом другой, и один признать законным, а другой отверг- нуть. Это бесспорное поле находится обыкновенно в том же или в бли- жайшем поколении, следовательно доводы бывают не длинные и в ред- ких случаях затруднительные.

Иное дело, когда в даче сходится несколько владений различного происхождения, и вопрос идет не о том, чтобы оправдать свое вотчинное право, т.е. законность приобретения, но о том, как оправдать и вывести владение свое, когда нет между соучастниками по этому предмету согла- сия. Владение каждого из них, или многих, основывается на приобрете- ниях разного рода, от тех или других лиц, бывших прежде владельцами в даче: эти в свою очередь приобрели свое владение от прежних владель- цев, и так далее, пока владение дойдет до тех, у кого в первый раз образо- валось или у кого записано вотчинное право в даче писцовыми актами. Очевидно, что если бы все наличные владельцы довели таким образом по

757

крепостям свое владение до первых дачников, явно бы стало, чем кто вправе владеть по крепостям, и сколько кому следует отвести земли кре- постной и по пропорции примерных земель. Но законодатель, в эпоху издания межевой инструкции, понимал очень ясно невозможность такого требования: оно было бы равнозначно с ревизией и редукцией – мысль, которую вовсе устранило правительство. Вот почему межевая инструк- ция, когда дело дойдет до крепостей, предписывает принимать за основа- ние крепости, хотя бы и ближайшие, лишь бы только владелец основывал свое требование на одних крепостях и довольствовался тем, что следует по крепостям, на которых основывается непосредственно его владение. Но когда владелец, не довольствуясь тем, что в крепостях написано, или не имея у себя полных крепостей, которые оправдали бы все его владе- ние, сам ссылается на писцовые книги и требует себе по писцовым кни- гам больше, чем написано у него в крепостях, требует всего, что написано по писцовым книгам за его первоначальным предшественником (напри- мер, за прадедом его), – в таком случае межевая инструкция справедливо ставит владельца в обязанность представить доводы. Он ищет себе по писцовым книгам – пусть же докажет, что все значившееся тогда за его предком дошло к нему в целости, не раздробившись по наследству в дру- гие роды, не быв выпродано, выменено и проч., посторонним. Писцовые книги удостоверяют владение, существовавшее в пору их составления; и оттого, что в ту пору известное лицо имело известное владение, нельзя еще заключить, что чрез полтораста лет то же владение в том же виде и количестве должно значиться за другим лицом, посторонним. Вот прямая и справедливая причина, почему в подобных случаях межевая инструк- ция требует представления доводов; но когда владелец не ищет излишней земли против крепостей, тогда и требованию сих доводов нет справедли- вого основания.

Писцовые книги нередко можно еще встретить, как доказательство, и в тяжбах между частными лицами о вотчинном праве; но из сего не следует заключать, будто бы можно в каком бы то ни было случае при-

нимать их в крепость, вместо укрепления. По вотчинному делу все мо-

жет быть принимаемо в доказательство, коего рассмотрение и призна- ние в той или в другой силе зависит еще от усмотрения суда, и в этом общем смысле писцовые книги могут служить, наравне с дозорными, строельными и т.п. книгами и другими официальными актами старого времени, доказательством того или другого обстоятельства или состоя- ния, какое в тех актах было отмечено.

Вот случай, в коем писцовые книги составляют главное доказательство. По силе 770 ст. Лесн. Уст., изд. 1893 г., владельцам, коим приписано в дачу пра-

758

во въезда в казенный лес, выделяются в собственность из сего леса участки в размере 20 десятин на каждые сто четвертей из писцовой четвертной, т.е. па- шенной дачи, к коей право въезда было придано. Посему для выдела участка владельцу необходимо удостоверить писцовыми книгами или крепостями коли- чество своей первоначальной четвертной дачи. Сверх того, если первоначальная дача не состоит во всей целости во владении у одного лица, а раздробилась на участки дальнейшими переходами и передачами, то каждый из последних пре- емников владения обязан объяснить свое владение и доводами от перводачни- ков, т.е. удостоверить, какая именно доля первоначальной четвертной дачи пер- водачника состоит у него, т.е. у наличного владельца, во владении по перехо- дам; ибо только в меру этой доли и может быть ему выделен, по смыслу закона, участок из въезжего леса. Вопрос о сем возбуждался по меж. департ. Сената (1871 и 1872 гг.) по делу о въезжем ценском лесе тамб. губ. В сем деле имелась писцовая книга, по коей вообще поселенным жителям тамбовского уезда пре- доставлено право въезжать в ценский лес для рубки на хоромное строение, на топливо и т.п. Наличные владельцы, основываясь на сем общем праве и не имея у себя ни доказательств о количестве писцовой четвертной дачи каждого владе- ния, ни доводов от перводачников, домогались, чтоб выдел участков из въезже- го леса был произведен им по соображению наличного владения, какое за каж- дым значится по планам и межевым книгам.

<< | >>
Источник: Победоносцев К.П.. Курс гражданского права. Первая часть: Вотчинные права.. 2002 {original}

Еще по теме § 84 Значение писцовых книг и межевых актов по делам специального межевания и отношение их к вотчинному праву. – Может ли разрешенный по межевым правилам вопрос о владении внутри общей дачи служить к предосужде- нию вотчинного права? – Случаи, в коих требуются доводы от перводачников. – Нынешнее значение писцовых книг как доказательства в делах вотчинных:

  1. § 83 Историческое значение писцовых книг. – Писцовые книги как доказательство по межевым делам. – Отношение межевых доказательств к вотчинным. – Могут ли межевые акты служить к предосуждению вотчинных прав? Значение межевых актов и планов в спорных вотчинных делах. – Общее замечание об отношении вотчинного права к межевому
  2. § 85 Значение бесспорного владения. – Отличие бесспорного владения от давности владения. – Установление земской давности и применение оной к делам межевым. – Может ли давность применяться к совместному и к чересполосному владению по предметам вотчинного права. – Применение давности к делам специального размежевания
  3. § 82 Доказательства вотчинного права. – Различие между доказательством и укреплением. – Можно ли утвердить вотчинное право по приобретению без укрепления. – Значение и сила неформальных актов
  4. § 81 Основания вотчинного права в России. – Историческое происхождение вотчинных прав в центральной России из местного владения. – Владение землями и основания прав в северных областях, в Малороссии, в бывших землях литовских, в новороссийском крае, в Крыму
  5. § 18 Право собственности в соединении с владением. – Необходимость ясного сознания о материальных границах владения, соответствующего праву. – Бессознательность первоначального хозяйственного владения в России. – Значение отвода. – Смешение дач. – Попытки к приведению в меру поземельного владения. – Государственное межевание
  6. § 38 Изменение старых понятий о переходе вотчинного права. – Формы приобретения по нынешнему закону. – Ввод во владение по новому нотариальному уставу. – Невыгоды от неизвестности о правах. – Попытка к регистрации поземельной собственности в России. – Вотчинная записка в прибалтийских губерниях
  7. § 80 Происхождение вотчинного права на землю и первоначальное основание оного. – Укрепление от власти. – Необходимая связь вотчинных поземельных прав с авторизацией государственной власти. – Необходимость абсолютного оправдания для права собственности. – Значение давности
  8. § 37 История вотчинной записки в России. – Явка актов в приказах. – Справка. – Юридическое и финансовое ее значение. – Аналогия нашей формы с западными. – Изменение старой формы при Петре I. – Новый крепостной порядок и новое значение справки и отказа. – Форма нового отказа и ввода во владение
  9. § 49 Историческое значение пожалования в России. – Происхождение вотчинных поземельных владений посредством пожалования. – Пожалование населенных имений
  10. § 14 Отличительные свойства вотчинных прав. Граница между вотчинным правом и требованием
  11. § 36 С какой минуты совершается приобретение вотчинного права. – Римская традиция. – Германская форма публичного объявления. – Происхождение форм вотчинной записки. Основные начала и формы новой германской системы. – История французской транскрипции до закона 1855 года. Регистрация недвижимой собственности в Англии
  12. § 41 Выдача купчей от крепостных дел. – Несостоявшаяся купчая. – Приобретение вотчинного права купчею по римскому праву. – Переход права по купчей у нас. – Отмена и уничтожение купчей. – Условная продажа. – Историческое право выкупа. – Двухлетний срок для спора о купчей крепости
  13. § 19 Правила для приведения в известность безмерных дач и сословного владения. Разнопоместные земли и специальное межевание
  14. § 86 Закон о непоколебимости генеральной межи. – Применяется ли давность ко владению внутри дачи, генерально обмежеванной
  15. § 45 Договор о найме имуществ. – Предмет его. – Плата. – Отношение сторон. – Обязанность хозяина. – Передача. – Поддержание имущества. – Обязанности наемщика и права его. – Сублокация. – Эмфитевтическое пользование и бессрочный наем. – Право отказа. – Значение владения в найме и отношение его к праву собственности. – Действие давности. – Возобновление найма. – Ограждение наемщика и хозяина особым процессом. – Отношение найма к узуфрукту. – Наем земельный. – Правила арендных договоров. – Наем изп
  16. ОБ ОСНОВАНИЯХ И ДОКАЗАТЕЛЬСТВАХ ВОТЧИННОГО ПРАВА
  17. СУХАНОВ Е.А.. Курс гражданского права. Первая часть: Вотчинные права., 2002
  18. § 40 Условия об очистках. – Понятие об очистке (garantie). – Практическое значение иска об очистке. Особенное значение вотчинной очистки (gar. reelle)
  19. § 37 Исторический очерк русского наследственного права. – Первые начала наследования по договорам с греками, по Русской Правде и судебникам. – Влияние родового начала и политической борьбы с боярством на постановления о наследстве. – Отличия в наследовании между поместьями и вотчинами. – Образование вдовьей и дочерней части. – Право женщин-родственниц при мужчинах. – Недоумения о праве представления. – Соединение поместий с вотчинами и указ о единонаследии. – Отмена его. – Причины затруднений и
  20. § 4 Законные условия для вступления в брак. – Первое условие – свободное сознание сторон. – Понятие о принуждении. – Обычай женить и выдавать замуж в семье и в отношениях вотчинной власти. – Право государства принуждать к браку. – Историческое значение авторизации к браку. – Требование родительского согласия по иностранным законодательствам. – Ограничение свободы в браке со стороны государства и общины. – Постановления русского закона. – Хозяйственное значение брака в крестьянском быту и его пос