<<
>>

§ 7 Цель и побудительная причина договора. – Обязательства без цели. – Простое сознание долга. – Мнимая цель. – Цель запрещенная. – О значении запрещенной цели по русскому закону. – Уничтожение договора с запрещенной целью и последствия уничтожения.

В частности, говоря о действительности обязательства, следует упомянуть, во-первых, о побудительной причине, во-вторых – о форме обязательства.

Во всяком обязательстве должно различать предмет его и побуди- тельную причину, ближайшую или отдаленную.

Предмет обязательства есть то, к чему сторона обязывается. Побу- дительную причину составляет непосредственная, ближайшая цель, для

которой предпринимается соглашение. Для того, чтобы вышло обяза- тельное отношение, нужно, чтобы возникла известная обязательная

связь между лицами. Ее-то составляет causa, ближайшая побудительная

42

причина, определяемая намерением и волей договаривающихся сторон и законной сущностью договорного отношения, по его роду.

Может быть, сверх того, и цель отдаленная, которая известна са- мому лицу и не высказывается в договоре. Например, у меня есть дом, но нет денег, а мне нужны деньги на поездку за границу. У тебя есть

деньги и нет дома, а дом тебе нужен (отдаленная причина). Я продаю

тебе дом – для чего? Чтобы получить обязательство на деньги.

Ты да- ешь мне деньги – для чего? Чтобы иметь дом (ближайшая причина). Я передаю дом, ты – деньги (предмет).

Так, в обязательствах дарственных ближайшая цель – подарить, сделать благодеяние.

В договоре, налагающем обязанность на обе стороны, возмездном, обязанная сторона имеет в виду приобрести обязательство, приобрести вещь, погасить обязательство. В договоре двустороннем обязательство

одной стороны имеет в виду приобрести обязательство другой стороны.

Невозможно себе представить обязательство без подобной побудитель- ной причины. Какая-нибудь причина должна быть. Но не везде она обо- значена, и в этом смысле все обязательства можно отнести к двум раз- рядам: конкретные, с означением побудительной причины, и отвлечен- ные, без этого означения (франц.

obl. causee и non causee).

На этом понятии о причине – causa – доныне сбивается еще в поня- тии теория права, и в положительных законодательствах заметно коле-

бание. Одни полагают, что во всяком обязательстве должна быть выра-

жена причина, цель его, и что где не выражена индивидуальная, кон- кретная воля сторон в связи с ее причиной, там нет действительного перед законом обязательства: исключение допускают для некоторых специальных видов – напр. для векселя и для требований, подтвержден- ных прямым сознанием долга. Другие держатся того мнения, что в ны- нешнем состоянии общественных отношений нет повода держаться строгости римского воззрения, и что воля, выраженная даже в отвлече- нии от индивидуальной причины, может произвести вполне действи- тельное обязательство, лишь бы она положительно направлена была к установлению обязательства. Эта последняя теория получает преобла- дающее значение, – что вполне соответствует практической потребно- сти в действительной жизни, при усиливающемся движении промыш- ленности и при нынешней быстроте обращения всяких ценностей. Большинство склоняется к тому мнению, что где стоит на письме слово: обязываюсь, и ясно, к чему обязывается, там нет надобности разыски- вать, откуда происходит обязательство. Это во всяком случае сознание

43

долга (франц. 1132. La convention n’est pas moins valable quoique la causa n’en soit pas exprimee).

Обязательство вовсе без цели немыслимо: если бы можно было до- казать, что оно без цели юридической, тогда, конечно, оно не было бы доказательством, и потому во многих законодательствах существует

правило, что недействительно обязательство без всякой цели.

Есть еще и другое правило: обязательство недействительно, когда побудительная причина его была мнимая, когда обязавшееся лицо, вступая в обязательство, основывало его на выдуманном, предполагае- мом юридическом отношении, которого не было в действительности. Примеры. Я выдаю Ивану заемное письмо, но в сущности никакого займа не было, и я не получал никаких денег от Ивана, а выдал акт для других целей, напр.

в виде дара, или для того, чтобы обеспечить Ивана до положенного срока в другом, между ним и мной, обязательном от- ношении.

Отец мой завещал N – 200 голов скота. В качестве наследника я вместо того выдаю N обязательство уплатить ему 2000 руб., объясняя причину. Вслед за тем открывается другое завещание отца моего, кото- рым он уничтожил прежнее.

Наконец, закон объявляет обязательство недействительным, когда оно клонится, по намерению сторон, к цели, безусловно запрещенной общим законом. Такие, напр. цели – лишение личной свободы, безус- ловное запрещение вступать в брак, стеснение в свободе совести, азарт- ная игра, распоряжение наследством после живого человека и т.п.

В нашем законе не выражено, что всякое обязательство непременно должно содержать в себе изъяснение побудительной причины, из коей оно возникло, и

цели, которую имеет по намерению сторон. На сем основании может быть прису- ждено взыскание и по простому письму, заключающему в себе обязательство

уплаты по предшествовавшим отношениям между сторонами (Касс. реш. 1871 г.,

№ 15).

Вообще не требуется, чтобы в акте означено было именование его, по роду обязательства, которое в нем содержится, и если акт не назван своим именем, он от этого не теряет силы (Касс. реш. 1868 г., № 2); лишь относительно некоторых актов (вексели) закон именно требует, чтобы означено было название.

Наш закон упоминает о цели договора: она не должна быть про- тивна законам, благочинию и общественному порядку (1528). 1529 ста- тья говорит: договор недействителен и обязательство ничтожно, если побудительная причина к заключению оного есть достижение цели, за- коном запрещенной, как-то, когда договор клонится: 1) к расторжению законного супружества; 2) к подложному переукреплению имения во избежание платежа долгов; 3) к лихоимственным изворотам; 4) к при-

44

своению частному лицу такого права, которого оно по состоянию сво- ему иметь не может; 5) ко вреду государственной казны.

Вообще, и независимо от этой статьи, обязательство к действию, законом запрещенному, не может иметь силы перед законом.

Когда дойдет до понудительного исполнения, ни суд, ни иная власть общест-

венная не вправе служить органом такого понуждения; стало быть обя-

зательство незаконное, лишенное законной санкции, в этом смысле не- действительно. Но приведенная статья имеет в виду нечто иное: не са- мое действие, но цель соглашения и побудительную его причину, поко- лику она явствует из целой экономии договора. Закон уничтожает со- глашение воли, направленное к противозаконной цели (ср. Касс. реш. 1880 г., № 286). В этом именно и следует искать руководящего начала в применении статьи: иначе правило ее окажется шатким, неопределен- ным в применении. Всякое соглашение, как бы ни было свободно от противозаконных целей и намерений, может быть в результате своем при исполнении сопряжено с последствиями, не согласными с законом и его прещением. Может случиться, например, что удобство и выгоды, предоставляемые по договору жене, не согласной с мужем, дают ей возможность вести отдельную жизнь в связи с лицом посторонним; мо- жет случиться, что пространство и ценность операции, принимаемой на себя торговцем, превышают законный размер торговых прав его; может случиться, и часто случается, что договор по форме своей или по со- держанию косвенно соединяется с ущербом для казенного интереса. Следует ли, что такие договоры должны быть признаны недействитель- ными? Очевидно нет, ибо в противном случае немного и оставалось бы действительных договоров, и недобросовестному должнику или испол- нителю давалась бы готовая возможность уклониться от договорной повинности, сославшись только на последствия того или другого дейст- вия, хотя бы косвенные, отдаленные и чуждые цели и содержанию до- говора.

Правило 1529 статьи имеет в виду не эти косвенные и случайные последствия, но преднамеренную и сознательную цель соглашения. Лишь в этом смысле оно получает надлежащую определительность и твердость. Приведенные в статье случаи, очевидно, не исчерпывают содержания статьи и помещены в ней в виде примера, на что указывает слово: как-то.

Кроме этой общей статьи, можно указать еще несколько специальных, относящихся к частным случаям этого рода, напр. 2151 ст., о неучреждении компаний, коих предмет противен нравствен- ности, доброй вере в торговле, общественному порядку или соединен с

45

казенным ущербом, либо со вредом для промышленности; 2014, 2019 ст. о займе для игры или по игре, о займе подложном.

Может возникнуть вопрос: в чем состоит недействительность до- говора; уничтожается ли договор весь и всеми последствиями или толь- ко в одном том обязательном условии, которое противно закону? Сле-

дует отвечать, кажется, что «договор недействителен» весь, когда он

имеет цельную и неразрывную связь во всех своих условиях, соединяе- мых одной противозаконной целью; но когда порок кроется в одном из отдельных условий договора и с исключением этого условия договор не теряет своей цели и самостоятельного значения (таково, напр., может быть зависящее условие об обеспечении), тогда одно отдельное «обяза- тельство ничтожно», а в прочих частях договор сохраняет силу. Так, напр. когда договором утверждается обязанность возвратить взятые деньги или вещи, доставить вещи и за просрочку показан штраф, оказы- вающийся лихоимственным изворотом, тогда с уничтожением противо- законного условия не отменяется обязанность исполнить основную часть договора.

Договор, запрещенный законами, не может служить ни для одной из сто-

рон источником каких-либо прав, на сем договоре основанных (Касс. реш. 1870 г., № 982; 1878 г., № 85).

Условие незаконное, помещенное в договоре, недействительно, но из сего не следует, чтобы недействителен был и весь договор, в коем оно помещено, и

потому остается в силе запродажная запись при уничтожении условия о том, чтобы имение перешло по ней во владение покупщика. Так судил Сенат по

д. Вишневской, но Гос. Совет (1863 г.) рассуждал, что по разуму наших законов

акты, в коих помещены противозаконные распоряжения, должны считаться недействительными, ибо подобные акты запрещено (769 и 883 ст.

соответств.

ст. 54 и 120 прил. I к ст. 708, Зак. Гражд., изд. 1887 г.) совершать и свидетельст-

вовать. Исключение сделано, по мнению Государственного Совета, лишь для духовных завещаний, которые не суть договоры. Вследствие того целую запро- дажную запись положено признать недействительной. Ж. М. Ю. 1864 г., № 4. – Решение весьма строгое; не столь строги решения новейшего времени (ср., напр. Касс. реш. 1876 г., № 117; 1878 г., № 73).

В деле Бистром заемные письма должника опровергались на том основа- нии, что они выданы были с безнравственной целью – сделать ущерб законным

наследникам в пользу стороннего лица. Но Сенат устранил и самое суждение о таком признаке безнравственной цели, так как всякая уплата, по какому бы то

ни было обязательству, влечет за собой неизбежное уменьшение имущества обязавшегося лица, а следовательно неминуемо наносит ущерб как ему самому,

так и его наследникам (2 Общ. Собр. Сен., реш. 1878 г.).

Суд признал весь договор недействительным, найдя в нем одно условие противозаконное, о том, что за неисполнение стороны подвергают себя аресту.

46

Сенат объяснил, что из недействительности одного условия нельзя еще выво- дить недействительность целого договора, буде цель его не противна закону (Касс. реш. 1873 г., № 717).

Когда действие, составляющее предмет и цель договора, принадлежит к числу безусловно запрещенных, соглашение о сем действии будет недействи- тельно и не может служить поводом ко взаимным искам о неисполнении, буде не было при заключении договора умысла или обмана с одной стороны в ущерб другой.

Но когда действие, не безусловно запрещенное, требует только по закону предварительного согласия или утверждения подлежащей власти и договор

заключен без сего утверждения, то, хотя бы действие и не могло быть соверше-

но, соглашение о нем все-таки остается действительным, т.е. возбуждает юри- дические отношения между сторонами. В сем смысле решен вопрос по договору о передаче типографии, заключенном вопреки законному порядку, без разреше- ния губернской власти (Касс. реш. 1876 г., № 176).

По делу Сушкина с Афанасьевым Сенат признал, что кредиторы могут об- ратить взыскание на всякое имущество должника, а потому переукрепление

имения во избежание платежа долгов может иметь место лишь в том случае,

когда прочее, принадлежащее должнику имущество, недостаточно на удовле- творение его долгов, т.е. когда должник при заключении договора был уже не- состоятельным или же когда он сделался несостоятельным вследствие заключе- ния договора. Затем для достижения цели подложного переукрепления имения во избежание платежа долгов необходимо, чтобы договор клонился к уменьше- нию имущества должника, служащего для удовлетворения его кредиторов, что- бы по такому договору имущество должника было передано в другие руки без- денежно или по несоразмерно низкой цене, или же чтобы договор был фикти- вен, т.е. чтобы он как будто бы передавал имущество другому лицу, оставляя его в действительности в руках должника. Таким образом, для признания дого- вора недействительным на основании 2 п. 1529 ст. следует установить: 1) что должник во время заключения договора был несостоятельным или сделался несостоятельным вследствие заключения договора, и 2) что договор заключен с целью скрыть имущество должника от взыскания кредиторов и передать его безденежно или фиктивно в другие руки (Касс. реш. 1881 г., № 24).

Другой вопрос: для обеих ли сторон договор становится недейст- вительным или только для одной, если одна лишь оказывается винов- ной? Необходимо для обеих сторон, когда отрицательное качество от- носится к самому прежнему договору. Для одной, когда оно относится к цели и намерению одной стороны и есть возможность обязательство одной стороны отделить от обязательства другой.

Притом надлежит заметить, что с уничтожением договора стороны с имуществом, составляющим предмет его, возвращаются в то положе- ние, которое предшествовало заключению договора. Иногда этого не- возможно достигнуть одним только отрицанием созданных договором

47

отношений, именно когда вследствие договора произошли кредитные передачи имущества, кредитные действия, образовались новые ценно- сти или произошло перемещение ценностей из одних рук в другие. В таких случаях требуется некоторая ликвидация ценностей для уравно- вешения отношений, что было получено в кредит и, оказывается, полу- чено было даром, должно быть возвращено, и из прерванных отноше- ний могут возникнуть требования о вознаграждении вреда, убытка и издержек, когда одна сторона оказывается виновной, а другая невинной, действовавшей в доброй вере.

На вопрос о том, следует ли считать недействительным договор, когда при заключении его было преступное побуждение с одной только стороны, Касс.

Деп. в реш. 1885 г., № 63 дал отрицательный ответ, признав, что преступное

побуждение одной стороны к заключению договора не может служить основа- нием к признанию договора недействительным; если таковое преступное побу-

ждение не выразилось в самом договоре, не доказывается его содержанием, то

другая добросовестно вступившая в договор сторона имеет право требовать исполнения договора.

Наша судебная практика встречает нередко недоумения, особливо по применению 5 п. 1529 статьи, о договорах, клонящихся «ко вреду государст-

венной казны». Частные лица в споре против договоров склонны ссылаться на этот пункт во всех случаях, когда можно к нему привязаться, а судебные мес-

та не всегда различают истинное его значение. Самое слово казна имеет не одинаковое значение: у нас под ним разумеется не только интерес фиска или

государственной казны вообще, но и хозяйственный интерес отдельных ве- домств и частей управления, ограждаемых казенным правом. Однако это не

одно и то же. Казна, в виде отдельного ведомства, становится уже по хозяйст- ву каждой части в разряде субъектов права, имеющих гражданские права и

обязанности и входящих в договорные отношения с другими лицами. Странно было бы предполагать, что 5 п. 1529 ст. включает и интересы каждого из сих

ведомств в понятие о вреде государственной казны. Там, где казна является субъектом гражданского права, совсем несправедливо было бы применять к

интересам ее помянутое правило. Вообще едва ли следует применять его там, где соглашением сторон между собой нарушается обязательное отношение

одной из них к казне или казенному ведомству, проистекающее тоже из до- говора. 1529 ст., конечно, имеет в виду не нарушение договорной к казне обя-

занности, а намеренную цель лишить к своей выгоде государство принадле- жащего ему дохода.

В этом смысле трудно согласиться с применением 1529 ст. в Касс. реш

1870 г., № 484. Захаров купил у Левашовых лес на сруб, и Левашовы искали с него недоплаченных денег и неустойки за неисправность. Ответчица возражала,

что весь договор ничтожен по 5 п. 1529 ст. Оказалось, что земля, с которой про-

дан лес, состоит со всем имением Левашовых, залогом и обеспечением казенной недоимки по откупным условиям прежнего времени. Суд стал на эту же точку

48

зрения и уничтожил договор, как клонящийся ко вреду казны, признал все обя- зательства его ничтожными и требование, на нем основанное, лишенным осно- вания. Однако в этом случае вовсе нет места применению 1529 ст. и введению в расчет верховного интереса государственной казны. Оказывается просто, что владелец не был свободен в распоряжении своим имуществом, что он продал такую существенную часть его, которая нераздельно с ним служила обеспече- нием взыскания третьего лица, без его согласия. Отсюда следует в интересах третьего лица – уничтожение продажи имущества, – случай, имеющий общее, а не чрезвычайное значение. В этом случае, за уничтожением продажи следует, конечно, расчет покупщика с продавцом в переданных напрасно суммах и во взаимных убытках. А в приведенном деле закрывается путь и этим расчетам решительным заключением суда, что за уничтожением договора все требования, на нем основанные, признаются ничтожными.

В Касс. реш. 1886 г. (№ 85) признано незаконным договорное соглашение, по которому один контрагент обязался возместить другому могущее пасть на

последнего взыскание гербового штрафа за написание договора на простой бу-

маге, так как такой штраф имеет значение наказания и, как таковое, не может быть по соглашению частных лиц, хотя бы и облеченному в форму письменного договора, переносимо на другое лицо.

Закон, налагая взыскание на нарушителя казенного интереса, не разрушает и не признает недействительными договоры о взаимных обязательствах между

частными лицами – потому только, что участвующие в сделке не пользуются

соответственными торговыми правами или не состоят в соответственных гиль- диях. Вообще нет основания уничтожить сделку, не противную закону, по од- ному нарушению казенного интереса, который и без того может быть огражден законным порядком (Касс. реш. 1869 г., № 454).

Палата уничтожила условие, ссылаясь на 1529 ст. Зак. Гражд., усмотрев в нем сокрытие цены имению, во избежание платежа пошлин, и заключив из того, что оно клонится ко вреду государственной казны. Сенат отменил это рассуж- дение, признав, что в этом случае закон угрожает штрафом, но не уничтожает прав, приобретенных по договору (Касс. реш. 1878 г., № 102).

Неопределение стоимости договора денежной ценностью не лишает дого- вор действительной силы (Касс. реш. 1874 г., № 509).

Договоры о бессудности и подсудности. Всякий иск о праве граж- данском подлежит судебному рассмотрению и не может быть отринут

подлежащим судом. Частные лица не могут, и по взаимному соглашению,

заранее лишить друг друга права обращаться к судебной власти с исками по могущим возникнуть недоразумениям и спорам в каком-либо предме- те права гражданского (разве бы согласились они на разбирательство примирительное или третейское в особливой законом установленной форме). Помещение в договоре между сторонами такого условия, что одна сторона обязана беспрекословно подчиняться распоряжениям или требованиям другой и не может искать управы по какому-либо предмету

49

на суде, ни в каком случае не лишает ни ту, ни другую сторону права, общим законом предоставленного, – искать в суде о нарушении договора другой стороной или об удовлетворении за незаконное действие другой стороны (ср. Касс. реш. 1879 г., № 22; 1880 г., № 71).

Право обращаться к судебной защите и отыскивать судом свою принад- лежность неотъемлемо и не может подлежать ограничениям по воле лиц в слу-

чаях, не предусмотренных в самом законе. Это применяется ко всем тем случа- ям, когда стороны по договору обязываются, на случай спора, не прибегать к

судебному разбирательству.

Выводя это правило, Сенат (Касс. реш. 1876 г., № 290) исключает из не- го мировое условие между сторонами – подчиниться имеющему последовать

решению последней апелляционной инстанции. Однако при сем Сенат имеет в

виду существо решения. Он объясняет, что, невзирая на подобное условие, апелляционное решение может быть отменено за нарушения закона; а как подобные нарушения не были указаны в просьбе об отмене, но указывались только неправильности по существу, то исполнение мирового условия должно иметь место.

По силе 227 ст. Уст. Гр. Суд. (распространяющейся на мировые ус- тановления, Касс. реш. 1876 г., № 17), стороны, при заключении дого- вора, могут определить тот суд первой степени, которому они подчиня- ют могущие возникнуть споры о том договоре и об исполнении его (Касс. реш. 1884 г., № 96). Во всех делах, кроме дел о недвижимом име- нии, дозволяется сторонам, по взаимному соглашению, избрать и не тот Окружной Суд, коему подлежало бы дело в общем порядке (228 ст.).

Предоставленное 227 ст. Уст. Гр. Суд. право при самом заключении дого- вора определять суд 1-й степени, где стороны, по взаимному согласию, полага-

ют разбирать споры по договору, ограничено подсудностью по роду дел (напр. 228 ст. о недвижимом имуществе) и постепенностью судебных инстанций. Пра-

вило это установлено новым уставом суда. На основании его нельзя предостав- лять судам, действующим в местности старого порядка, споры, которые по су-

ществующей для них подсудности не подлежат их рассмотрению; но оно не препятствует лицам, заключающим договор вне местности, подчиненной ново-

му уставу, предоставлять свои споры, в пределах 227 ст., разрешению новых судов. Касс. реш. 1870 г., № 507; 1875 г., № 781.

Запрещенными признаются:

Страховка товаров, запрещенных к отвозу или привозу, или тайно приво- зимых. У. Т. 547.

Сделки по производству торга на чужое имя и без платежа повинностей. Т. V, изд. 1893 г., Уст. о прям. налог., ст. 336.

50

Передачи и продажи хлеба, получаемого в ссуду из запасных магазинов, от одной семьи другой или лицам другого сословия. Уст. Продов. изд. 1892 г., ст. 67, 132.

Стачки и сделки торговцев и промышленников для возвышения или пони- жения цен на предметы продовольствия, с целью стеснить вольный привоз оных. У. Продов. изд. 1892 г., ст. 121, 138.

Денежные расчеты медицинских чиновников с поставщиками припасов в заведения, где они служат. У. Врач. изд. 1892 г., ст. 90.

Сделки о передаче зараженных вещей. У. Врач. изд. 1892 г., ст. 736.

Обязательства со стороны лиц, поступающих на священноцерковно- служительские места, касательно выдачи предместникам или их семействам части доходов или пособия в содержании. Уст. Общ. Призр. изд. 1892 г., ст. 534.

Вообще сделки о сдаче мест священно- и церковнослужительских. Мн. Гос. Сов. 22 мая 1867. Ср. Касс. реш. 1870 г., № 1701.

Сделки о передаче помещичьих имений в Западном крае лицам польского происхождения. Зак. Гражд. ст. 698, прим. 2.

Сделки присяжных поверенных о приобретении прав своих доверителей по тяжбам. Учр. Суд. Уст. 400.

Сделки попечителей и кураторов о покупке исков других займодавцев, участвующих в массе. Уст. Суд. Торг. 530.

Записи об уступке, продаже и обременении долгами ожидаемого наслед- ства. 710 ст. Зак. Гражд. Сб. Сен. реш. I, 598.

Сделки о приобретении в собственность содержателями ссудной кассы за- ложенных предметов, хотя бы по соглашению с заемщиком. Зак. Гражд.

ст. 1663, прим. 1, прил., ст. 13.

Можно привести кассационные решения о недействительности сделок: Об уступке ожидаемого наследства. – 1872 г., № 1096.

Условия найма, в котором подрядчик поместил карательные постановле-

ния взамен действующих законов, именно особливый штраф с рабочего за ос- корбление хозяина и за кражу. – 1871 г., № 671.

О содействии к устройству брака за условленную плату. – 1867 г., № 70.

Об отдаче в содержание моста с правом сбора, не разрешенного установ- ленным порядком. – 1874 г., № 627.

Условия, в коем одна сторона установляет для другой ограничение права,

которое не вправе ограничивать, именно права производить торговлю в целой местности, в селе. – 1868, № 86.

Запродажного условия с правом выдачи данной вместо купчей крепости. Сен. реш. в Ж. М. Ю. 1859 г., октябрь, № 5; 1861 г., № 9; 1862 г., № 9.

Сделка между двумя лицами по поводу торгов на имение третьего лица, в таком смысле, что, когда один будет давать цену за имение, другой не вправе

возвышать ее, под опасением неустойки, признана судом в Царстве Польском недействительной на основании 1133 ст. Напол. Код., как противная добрым

правам и заключенная ко вреду третьего лица. Касс. реш. 1878 г., № 62.

51

Признавая сделку по ст. 1529 Зак. Гражд. заключенною с целью передачи имущества во избежание платежа долгов, суд обязан предварительно устано- вить несостоятельность должника к платежу и отсутствие другого имущества, на которое кредиторы могли бы обратить взыскание. Касс. реш. 1877, № 264. Ср. Касс. реш. 1881 г., № 24.

Вопрос о направлении договора к противозаконной цели относится к су- ществу дела, и рассуждение суда по сему предмету не подлежит кассационной поверке (Касс. реш. 1877 г., № 38). В данном случае договор был уничтожен потому, что выведен из стачки между сторонами, для укрытия имущества, от претензии третьего лица.

Обеспечение дочери выдачей будущему ее мужу обязательства в том, что отец обязуется обеспечить будущую семейную жизнь супругов на определен-

ную сумму, вполне законно и не подходит под запрещения 1529 статьи. 2 Сб.

Сен. реш. V, № 1186. В решении под № 1157 признана действительной распис- ка, данная женихом невесте в получении от нее 2400 руб. по случаю вступления

в брак, с тем, что если брак не состоится, то деньги должны быть возвращены.

Это не есть ни торг, ни неустойка, ни заем, а выдача денег на известное упот- ребление, вне коего они должны быть возвращены.

Включение подрядчиком в условие найма карательного постановления взамен действующих законов составляет присвоение права, законом запрещен-

ного, и не должно быть действительно (Касс. реш. 1871 г., № 671; 1876 г.,

№ 342; 1878 г., № 73). На сем основании суд уничтожил условие о штрафах на рабочих за прогул и пьянство и ослушание или оскорбление.

Наш закон вовсе не упоминает об отсутствии цели или побуди- тельной причины, но

он допускает спор о безденежности, и за безденежность уничто- жает заем (ст. 2014);

если окажется, что побудительная причина, в договоре выстав- ленная, не существует и что договор не был бы заключен, когда бы

обязавшаяся сторона при заключении его знала об отсутствии обяза-

тельной причины, то и у нас суд по справедливости должен будет ос- вободить ответчика от ответственности, хотя и не имеется в виду об- щего на то правила. Это будет зависеть от обстоятельств. Напр. в при- веденном выше случае (о завещании) ясно, что обязательство возника- ет не из договора прямо, а из завещания. Когда бы не было завещания (на 200 голов скота), не было бы и обязательства на 2000 руб.; обяза- тельство же по договору представляется только заменой (поновлени- ем) обязательства по завещанию. Следовательно, когда завещание ока- зывается недействительным, то и обязательство пропадает. В этом случае возможен и поворот уплаченного по обязательству.

52

<< | >>
Источник: Победоносцев К.П.. Курс гражданского права. Часть третья: Договоры и обязательства. 2003

Еще по теме § 7 Цель и побудительная причина договора. – Обязательства без цели. – Простое сознание долга. – Мнимая цель. – Цель запрещенная. – О значении запрещенной цели по русскому закону. – Уничтожение договора с запрещенной целью и последствия уничтожения.:

  1. § 69 Русское право залога. – Историческое его происхождение и первоначальные виды. – Значение закладной. – Нынешние законы о залоге. – Что может быть предметом залога. – Залог чужого имущества. – Свобода залога от запрещений. – Цель- ность залога. – Закон 1862 года о залоге из-под запрещения. – Качества личности. – Форма залога между частными лицами
  2. § 43 Русский закон займа. – Предмет его. – Безденежность. – Долг запрещенный. – Личные ограничения займа. – Акт займа. – Срок. – Передача. – Долговая расписка. – Счет. – Ссудные кассы. – Порядок взыскания по долговым обязательствам.
  3. Цель Второй шаг: сформулируйте позитивную цель.
  4. § 66 Сущность договоров сего рода и отличие их от меновых. – Побудительная причина. – Игра. – Лотерея. – Договор о ренте. – Срочная поставка биржевых ценностей. – Биржевая игра. – Русские законы об игре и лотерее.
  5. § 39 Значение купли-продажи в иностранных законодательствах. – Наше понятие об укреплении посредством купчей. – Договорное начало в купчей. – Законные условия продажи. – Наличность имущества. – Свобода от запрещений. – Продажа прав и улиточная запись. – Общая форма продажи и особые формы
  6. § 25 Прекращение обязательств посредством нового договора. – Обновление договора. – Признаки оного и последствия. – Прекращение договора по условию. – Мировая сделка. – Компромисс. – Русский закон мирового соглашения.
  7. § 40 Понятие о запродаже по системе нашего свода. – Запродажная запись о недвижимом имуществе. – Значение срока. – Запрещение вступать во владение запроданным имуществом. – Задаточная расписка.
  8. § 32 Право распоряжения. – Двоякое его значение. – Отделение его от права собственности. – Добровольное и недобровольное. – Запрещение. – Действие его и форма. – Арест движимости. – Опека
  9. Статья 203. Занятие запрещенными видами хозяйственной деятельности
  10. § 46 Сущность дарения и отличительные его свойства. – Ограничения дарения. – Запрещение дара между некоторыми лицами. – Право требовать возвращения дара. – Условия и обязательства, из дара проистекающие
  11. § 27 Действие давности на обязательства. – Погашение права на иск. – Начало исчисления давности. – Открытие права на иск. – Исчисление давности в срочных и бессрочных договорах, при периодическом исполнении, по обязательствам главным и зависящим. – Перерыв давности – признанием долга. – Постановления русского закона о сем предмете.