<<
>>

Танец Смерти

Смерть появляется в игре жизни именно в связи вневременной природой званий и положений. То, как человек обращается со смертью зависит от него самого, является ли он линейной личностью, волновой или холодинамической.

Игра частиц завершается с последним ходом. Крайний вариант - победитель убивает побежденного. Обычно же достаточно изгнать его из игры. Для линейного игрока развод - это "конец брака". Это смерть пребывания вдвоем, конец сопричастности, конец отношений.

В играх, в которые играют люди, жизнь и смерть редко являются ставкой. Особенно в играх частиц. Обычно ставкой оказываются звание или положение (женат, муж/жена) и, когда линейная личность провозглашает, что все остальные вне игры, более сильным ходом считается, если побежденного напрочь лишат положения или звания - сделают человеком, на которого вообще не следует обращать внимания. Если личность человека накрепко привязана к званию или положению, это может означать смерть данной личности.

Смерть - это триумф прошлого над будущим. Это попытка искоренить все нелинейные неожиданности, чтобы удовлетворить потребность в стабильности и подтвердить ценность игры. Это часть вечной борьбы между теми элементами, которые стабилизируют жизненные силы, и теми, которые создают нелинейную кайму непредвиденного.

Брак уже стал неживым, если участники воспринимают его как некое положение, звание или право. Брак уже стал неживым, если они проживают его как бесконечный танец.

Брак живет только там, если он представляет собой цельность, в каждый момент рождающуюся заново из источника любви между теми людьми, которые в каждый момент снова совершают выбор любить друг друга.

"Проигравшие" линейные игроки часто погибают, хотя все еще живы, потому что верят ярлыкам, которые на них навешивает общество или победители (или потенциальные победители - например, "Мой брак будет заключен на небесах, а твой нет"). Те, кто верит в это, отказываются от полноценной игры и никогда не станут больше бороться за звания, ярлыки или положение. Для некоторых групп, для суфистов, например, это является особого рода триумфом, поскольку символизирует выход из конечной ментальности в мир бесконечных или "духовных" возможностей.

Для линейного же разума это может означать только поступь смерти.

Победители живут "вечно", потому что их память, звания или положения никогда не будут забыты. Их невозможно забыть. Так египетские фараоны обрели бессмертие (вместе со своими лошадьми, кошками, слугами, огромными владениями и дворцами). Мученики "сражаются за правое дело" и выдвигают в качестве цели "причину".

Они обретают жизнь в смерти. Это не жизнь "после смерти", это надежда на жизнь "после жизни мира". В поляризованных линейных и волновых крайностях о них помнят благодаря их званиям, потому что именно память прошлого определяет игры жизни.

Браки, которые уповают на будущее, помнят не из-за порожденной ими жизни, а потому, что последующая жизнь порождает брак.

Эта тема имеет множество вариаций, как-то: браки, "живущие во имя прошлого" или браки, которые умерли и "живут лишь ради будущего".

Брак, живущий только ради прошлого, можно определить как брак, которым руководят правила и роли.

В 1950-х годах на западе Америки в провинции женщины обычно сидели дома и воспитывали детей, мужчины работали и приносили деньги. У партнеров по браку был регулярный секс (вне зависимости от их чувств, не говоря уже о "полном присутствии"), были дети (опять же вне зависимости от их чувств или присутствия); они строили дома, ходили на работу - потому что этого требовали правила общества. Такие правила были установлены, чтобы обезопасить прошлое и обеспечить ему долгую жизнь в будущем. Такие браки были основаны на жизни в прошлом. А браки, живущие для прошлого, не имеют жизни в настоящем.

Не имеет ее и брак, живущий ради будущего. Такой брак можно определить как постоянное пожертвование для того, чтобы как можно дольше остаться в игре и дождаться раздачи призов, получить награду. В таком браке необязательно уметь общаться, учиться любить, открывать чудеса интимности или двигаться к совместному потенциалу, потому что "если мы просто будем вместе", все это "само произойдет" в будущем или на небесах.

Обязательства перед микроскопической правдой можно игнорировать в надежде, что "все это сработает" в будущем, когда что-то произойдет (явится мессия, будут деньги, все уверуют, как я, все вступят в нашу церковь, все покаются в грехах, везде будут божественные правительства, бесклассовое общество, смерть неверных или возвращение в Сион).

Эта динамика, которая стремится положить конец злу сегодняшнему, чтобы обеспечить лучшее будущее (которая является частью всех волновых/линейных игр) является основой всего зла.

Зло никогда не является намерением зла. Намерение зла - положить конец всякому злу.

Зло - это прекращение всех игр вне зависимости от правил.

Это вынужденное признание звания теми, у кого нет другого выбора.

Зло существует повсюду. Оно изначально присуще всем поляризованным играм, его невозможно понять или справиться с ним, если не стать по-настоящему холодинамичным.

Возьмем, к примеру, науку и искусство медицины. В течение нескольких последних десятилетий люди попадают во власть линейных медицинских стратегий, которые медленно вытягивают из них ресурсы. Люди отдают жизнь в надежде потом отвоевать ее обратно.

Те, кто вечно сидит на диете, отказываются есть большинство приемлемых для человека продуктов, бесконечно выискивают особые формулы для продления жизни, на самом деле ненавидят жизнь сейчас, чтобы потом иметь лучшую жизнь. Они медленно умирают вместо того, чтобы жить по-настоящему.

Смерть для них является поражением. Долгая жизнь - победой. Жить - хорошо. Смерть - это плохо, это зло. Если бы они могли преодолеть зло и смерть, они могли бы по-настоящему жить.

Смерть является злом, потому что она воплощена в образе "мрачной жницы" как символа их окончательного поражения. После всей борьбы и жертв это последний знак слабости. "Вестник греха", как говорил апостол Павел. Проигравшие мертвы, поэтому все мертвые считаются проигравшими.

Жизнь нужно еще "заслужить". Даже жизнь в браке нужно заслужить. Победители приобретают вечную жизнь, вечный брак, вечную семью. За жизнь в браке нужно бороться и ее же получить в награду. Жизнь в браке существует не для того, чтобы жить. Она существует для накопления трофеев и наград, завоеванных в выигранной войне. Дети тоже существуют не для жизни, они собственность, которую нужно хранить, чтобы они могли увековечить жизнь, которую они никогда не могли бы прожить в надежде, что из жизни могут как-нибудь в будущем стать источниками настоящей жизни.

Мы играем в игры, чтобы жить. Мы не живем, чтобы играть.

В этом смысле все поляризованные игры направлены против самих себя. В живых остается только победитель, а он не сможет жить иначе, как победив смерть. Смерть победить не может никто, значит, все проиграли.

Итак, мы умираем в жизни или мы живем в смерти. Это противоречие, жизнь, которую мы не можем прожить лично или в качестве пары, семьи или общества. Мы сами создали предпосылки для увековечивания постоянных войн, болезней, нарушения функций и смерти. Все это зерна коллективной патологии.

Когда мы познаем истинную природу линейных-волновых поляризованных игр, когда мы узнаем о том, что в них невозможно победить, мы, естественно, начинаем переговоры (внутри себя, на уровне холодайнов), чтобы что-то изменить. Наиболее очевидная возможность для перемен - это переключение на нелинейную игру. Итак, все участники соглашаются на волновую игру.

Знание о волновых играх поднимается подобно волне на берегу нашего сознания и поднимает нас на новый уровень сознания, где мы сталкиваемся с новым уровнем противоречий. Волновые игры представляют собой просто другой полюс игр частиц. Частицы - это всего-навсего остановившиеся волны.

Здесь мы можем выбрать, как прожить жизнь, изменить правила, по которым мы играем, и продолжить игру по другим правилам. Мы можем отвергнуть участников и играть по своим правилам, отличным от правил остальных участников. Мы можем вступить в замкнутый круг, вечно искать и ничего не находить. Хотя с виду это похоже на жизнь, мы мертвы.

Если человек выбирает жизнь или любовь, он не может выйти из игры, даже если он оставил брак.

Невозможно выйти из отношений. Любовь нельзя разделить на частицы. Любовь представляет собой динамику поля. Любовь существует всегда. Она - вне времени. Жизнь существует всегда и она тоже является нитью в многоцветном ковре существующего вне времени скрытого порядка.

Волновой игрок продолжает отношения, даже если их форма изменилась от брака до дружбы (или вражды). Очевидно, что отношения живы - хотя двое могут быть разделены и физически, и духовно, и эмоционально. Живут отношения между их холодайнами, даже если не осталось ничего иного, и просто изменяется звание от "супруга" на "бывшего супруга".

Те, кто играет с границами, могут изменить границы отношений. Так, бесконечный брак умирает. Границы смерти являются частью игры. Поэтому смерть происходит в ходе игры и не означает ее конца, потому что конца быть не может. Такая смерть может быть драматичной, динамичной и травмирующей одновременно. Может быть огромным стимулом для нарастающей страсти к игре. Такие стимулы всегда появляются "в нужное время".

Волновые игры семьи и брака никогда не заканчиваются. Участники, как уже говорилось выше, играют всю жизнь. Они живут для игры. Для волнового игрока брак умирает во имя других - чтобы другие могли продолжить игру.

Там, где линейная пара играет ради бессмертия, волновая пара играет в качестве смертных в бессмертной игре. Они уже бессмертны, динамичны, живы и полны нелинейных неожиданностей. Они готовы поделиться своей микроскопической истиной и навсегда остаться уязвимыми, открытыми, готовыми к продолжению игры брака, но они никогда не боятся, что брак умрет.

В бесконечном браке ничто не может быть по сценарию. Поскольку пара хочет защититься от будущего, они больше не играют друг с другом, они сражаются друг против друга. Они установили границы, против которых теперь вынуждены вечно бороться.

Когда эти конечные границы рушатся, линейный игрок сдается противнику. Брак же умирает с последним ходом победителя.

Волновая пара может допустить гибель своего брака, но тогда брак погибнет "в нужное время". Это не обязательно должно быть серьезное событие, его можно даже рассматривать как радостное, в котором рождается новая жизнь из продолжающегося танца жизни. Они могут снова вступить в брак с кем-то другим, и танец будет продолжаться. Радость проявляется в новых измерениях. Значение брака побеждает, и холодайны начинают снова управлять танцем, во имя семьи, церкви, Бога, общества или всего прочего, что участвует в бесконечном танце.

Те, кто верит, что их брак "умер в нужное время", снова замыкаются в жизни, которую они не могут прожить. Они умирают, чтобы обеспечить игру для других. Неважно, сколько раз они вступают в вечный брак, танец остается прежним. В нем содержатся те же противоречия и ограничения. Если человек не изменит танца, он окажется в ловушке, в бесконечном замкнутом круге.

Чтобы выбраться из этого круга, нужно полюбить его настолько, чтобы исследовать все его ограничения, выявить его намерения и "превратиться" в них.

Холодинамической паре не нужно дожидаться смерти брака или переименовывать отношения, чтобы продолжать танец. Действовать в линейной, волновой или холодинамике - для них просто дело выбора. Они могут обдумать каждый из приобретенных уроков, каждый из участников играет успешную роль, и каждый может выбрать переход к другой жизни вне древнего танца брака.

Они это делают, не испытывая сожаления или вины, не оглядываясь назад. Линейному разуму это представляется "патологической отчужденностью" или "греховным пренебрежением". Для волнового участника это выглядит как смерть танца, которая ведет к наихудшим последствиям.

Но для холодинамического разума это отражает здоровый всеобъемлющий подход к природе безграничной вневременной реальности, который открывает поле безграничных возможностей.

Игроки-холодинамисты используют опыт брака и его волновые/линейные динамики, как часть богатейшего источника, который вечно бьет в смертной жизни. Они постоянно ищут новых путей для раскрытия потенциала настоящего. Смерти не существует. Не существует разделения. Любовь потерять невозможно. Существует только глубокое понимание и стремление к обучению, к развертыванию потенциала и выражению любви, испытанной в бесконечном сейчас.

С этой точки зрения и линейные, и волновые игроки трансформируются. Они и их брак, кажется, погибают. Кажется, все динамики приходят к концу. На самом деле, истинная природа жизни является выражением вечности, целостности "Я" или святости, включая постоянное взаимодействие с многочисленными параллельными мирами, существующими в "сейчас", рассматриваемыми как прошлое, настоящее и будущее, все противоположности в действительности представляют собой одну реальность.

И даже хотя нелинейное сознание рассматривает смерть как неотъемлемую часть танца, они не понимают истинной природы жизни, взаимодействующей с многочисленными параллельными мирами, одновременно существующими сейчас, с перекрывающими друг друга полями.

Линейным игрокам жизнь видится как серьезная и тяжелая работа. Для волновых игроков это радостная игра, для игроков-холодинамистов жизнь - это все, чем она была, и все, что она есть, и все, чем она могла быть, ибо все это существует где-то уже сейчас. Если здесь чего-то "не хватает", оно все же существует в параллельном мире и поэтому не может считаться "недостающим". Когда человек понимает, что все это уже где-то развивается, то он получает к этому доступ и может по своему выбору привнести это в свою нынешнюю жизнь. Вызов момента в том, чтобы быть в полном присутствии в наиболее полном потенциале.

Если конечная игра противоречива, а бесконечная - парадоксальна, холодинамическая игра является интегрирующей.

Линейная игра противоречива, потому что игроки стремятся поскорее ее завершить, чтобы завоевать себе победу.

Волновая игра парадоксальна, потому что игроки стремятся к продолжению игры в других. Они играют, только когда другие продолжают игру. Они играют, как смертные, потому что лучше всего они играют, когда они нужны по крайней мере для продолжения игры.

Холодинамическая игра подобна электрической лампочке в ящике. Бытие участника игры (высший потенциал) проходит через крошечное отверстие в ящике. Его проявление, свет высшего потенциала, проецируется в наш пространственно-временной континуум. По мере того, как мы развиваем в себе более глубокое понимание, мы можем заглянуть вглубь этого ящика и обнаружить, что там существуют и другие бесчисленные отверстия, каждое из которых высвечивает некую уникальную характеристику нашего высшего потенциала одновременно во всех параллельных мирах.

Закрыть хотя бы одно из этих отверстий, даже то, что отвечает за проявление жизни в этом мире, равносильно смерти. Мы умираем, но для холодинамической реальности это ничего не меняет. Создается другое отверстие, и свет продолжает сиять. Жизнь всегда продолжается. Она проявляется в мириадах миров. Она глубоко личная. Она универсальна.

Люди, которые входят в обитель высшего потенциала, испытывают такую радость, покой, переполняющую благодарность верх в план жизни, глубокое понимание себя и других, что они смеются не переставая. Вспышки смеха будут еще время от времени неожиданно проявляться спустя месяцы после их первого такого переживания.

Радостный смех в игре начинает звучать потому, что мы учимся влиять на что-то, в чем мы не можем толком разобраться. Смертная жизнь - это шутка, которую мы играем сами над собой, опыт, который стоит искреннего смеха вместе, наедине, друг с другом.

Как только мы замыкаемся в играх частиц, смех предстает как поверхностная реакция, отсрочка от серьезной игры, чтобы подготовиться к более серьезной работе.

Как только мы замыкаемся в играх для других, смех становится признанием того, что игра является частью нашей природы, что мы любим играть.

Те, кто обнаружил, как игры нашего мира вписываются в целостную динамику, никогда не прекращают смеяться. Они смеются не "над" другими, но, в глубине своей внутренней сущности, они смеются "вместе" со всеми. Они ничего не могут с этим поделать. Они светятся этим своим знанием вневременного существования и полной во времени любви.

Игрок-холодинамист играет со всей целостностью. В холодинамической игре нет ни противоречий, ни парадоксов. Это значит играть для того, чтобы свободно приобрести опыт, в сознательно избранной игре только ради опыта проявления потенциала, больше ни за чем.

Поляризованные игры и их взаимодействие друг с другом не требуют ни оправдания, ни какой-то причины для существования. Они просто существуют такими, какие они есть, ради чистой красоты и радости своего бытия.

Вся игра по природе своей нейтральна, и значение ей придает лишь сознательный выбор. Мы сами определяем качества своей игры. Каждый из нас в игре выражает свою индивидуальную страсть к ней и придает значение ее противоречивым и парадоксальным измерениям.

Вся игра может стать только тем, что мы из нее сделаем. Игры, решили играть. - Как зеркала, отражают реальность для создателя игр.

Задумаемся об игре в имена. Что в имени? (Это может быть имя человека, семьи, компании, группы, страны - всего, чему можно дать имя).

Линейные люди играют ради званий. Волновые люди кроме имени, не имеют ничего. Таким образом, для волновых игроков имена важнее, чем для линейных.

Имена даются, а не завоевываются. В то время как титулы указывают на невозвратимое прошлое, напоминая о событии, которое уже завершилось и не может быть повторено, имена же указывают на будущее.

Имена представляют собой то, что человек из себя сделал, его возможности, потенциал, все его нелинейные достижения, которые могут проявиться в будущем. Имя делает человека уязвимым, неуверенным, однако признает, что имя станет тем, что человек из него сделает, ни больше, ни меньше. Имя человека - это его идентичность, оплот его стабильности в бескрайнем море вечно меняющейся динамики.

Холодинамичные люди выходят за пределы титулов и имен. То, что есть у них, не поддается ни описанию и не имеет названия. Имена - это лишь временные различия, не имеющие иного смысла, кроме того, который мы сами им придаем.

Приобретение титула очень важно в играх частиц. Если это религиозная игра, то "святой", "пророк", "йог", "просветленный" или иной ярлык используют для обозначения победителей, в то время, как "злой", "одержимый", "заблудшая овца" или прочие ярлыки используют для изоляции тех, кто проиграл, или изменил правила игры, или увлек игру в более обширные динамики.

Титулами награждают тех, кто играет по правилам и побеждает. Природа титулов такова, что полученный однажды титул выводит человека из игры. Когда мы побеждаем, титул означает, что мы лучше всех. Еще он означает, что мы уже исключены из контекста игры. Мы победили.

Имена дают игрокам. Имена конкретны. Титулы абстрактны. Тот факт, что человек знает имя другого, еще не позволяет ему узнать будущее другого. Это только позволяет знающему имя отставить в сторону все сценарии, роли, правила и увидеть возможности другого человека. Когда имя определено, мы говорим: "А, этот тот самый, который..." (победил в игре, проиграл пари, исполнил миссию). Это уводит нас прочь от конкретного присутствия, замыкает нас в прошлом и устанавливает границы линейной игры. Нас теперь определяет имя или звание, основанное на памяти о нашем прошлом.

Сосредоточиться на прошлом, не признавая и не помня, что оно существует сейчас, в параллельных измерениях, что оно открыто, влияет на нашу жизнь и создает живую динамику, означает забыть.

<< | >>
Источник: Вернон Вульф. Танец жизни - Можно мне втиснуться?. 1996

Еще по теме Танец Смерти:

  1. § 8. Правоотношения по возмещению вреда, причиненного смертью, в том числе смертью кормильца (п. 2390-2395)
  2. Танец жизни
  3. Танец Брака
  4. Танец Исцеления
  5. Танец Зла
  6. Вернон Вульф. Танец жизни - Можно мне втиснуться?, 1996
  7. Танец жизни
  8. Танец Сексуальности
  9. НОВОГОДНИЙ ТАНЕЦ, ИЛИ “КАК СТАТЬ ШАМАНОМ”
  10. Часть I. Танец любви
  11. Танец денег, силы, мифов
  12. 3. Смерть гражданина
  13. Сказка о Смерти
  14. Смерть
  15. Смерть
  16. ИНСТИНКТ СМЕРТИ
  17. Соединение со смертью
  18. 2.8.5. Место и обстоятельства смерти