Карта и местность

Когда мы говорим, что сценарий соответствует или следует сюжету

волшебной сказки, то из небытия возникает тень Прокруста. Иногда

психотерапевт слишком поспешно выбирает сказку, а затем пытается

"укоротить" или, наоборот, "растянуть" пациента, если он в эту сказку не

укладывается.

Прокруст - персонаж, характерный для поведенческих оценок.

Если психотерапевт хочет, чтобы факты соответствовали имеющейся теории, он

может упустить из виду скрытые переменные, тогда неподходящие факты будут

игнорироваться, а иногда данные просто подгоняться под имеющийся

теоретический шаблон.

Особенно активен бывает Прокруст на консилиумах, где его трудно

проконтролировать, а ситуация располагает к спекуляциям, внезапным

озарениям, ортодоксии или глубокомысленным изречениям. Чтобы успешно

бороться с казуистикой и софистикой, советуем на каждую консультацию

представлять двух индивидов с похожей историей, один из которых был бы с

явлениями патологии, а второй - абсолютно здоров в этом отношении. Порой

удивляешься, насколько история нормально функционирующего, продуктивного

социального индивида может напоминать историю психически больного человека.

Иначе говоря, почти любому шизофренику с определенной биографией можно

противопоставить нешизофреника с точно такой же биографией. Надо сказать,

что в большинстве случаев консилиумы проходят на основе несформулированной

явно, но весьма действенной предпосылки: "Пациент болен, наша задача -

доказать это и выяснить причину". Консилиумы станут гораздо интереснее,

если переформулировать эту предпосылку: "Пациент не болен, наша задача -

доказать это и выяснить, почему".

Прокруст нередко "растягивает" или "сокращает" информацию, чтобы она

соответствовала гипотезе или диагнозу. Иногда психотерапевт поступает

наоборот: растягивает или сокращает гипотезу или диагноз, если они не

соответствуют имеющимся фактам. Так в экспериментах по экстрасенсорному

восприятию, например, игральные карты могут быть угаданы неправильно, тогда

экспериментатор обычно ссылается на расположение карт ранее или потом.

Затем выдвигается гипотеза, верная или неверная, но явно необоснованная, о

чем-нибудь вроде "запаздывающего телепатирования" или "предвосхищающего

видения". Таким же методом работает предсказатель, пообещавший, скажем, что

одно из самых страшных землетрясений на Земле случится в 1989 году. Если

землетрясения не произошло, он говорит, что, наверное, цифры явились ему в

перевернутом виде, так что событий нужно ожидать в 1998 году, а может быть,

это просто воплощенный в памяти след великого землетрясения 1699 года.

Что

за великое землетрясение 1699 года? Конечно, где-нибудь на Новой Гвинее.

Поскольку землетрясения там случаются довольно-таки часто, то из

случившихся можно выбрать одно крупнее других. "А может быть, это о

землетрясении 1683 года в Италии?" Ясновидец ведь углубился в толщу времен

на целых триста лет, ошибиться на десять-пятнадцать лет нетрудно в таких

условиях. Стоит ли придираться из-за такой незначительной ошибки!

Если сценарный аналитик стремится подходить к делу с подлинно научной

объективностью и искать истину, он должен избегать таких ситуаций, что,

безусловно нелегко. Не сомневаюсь, например, что нечто подобное Прокрусту

"гостило" в данной моей книге, хотя я всячески старался этого избежать.

Излагая столь сложную теорию на ранней стадии ее разработки, трудно от

этого избавиться полностью.

Как вести себя в этих условиях? Доктор Родни Пейн сравнил проблему

обоснования выводов в сценарной теории с проблемой соотнесения карты и

местности. Доктор Пейн - не только врач, но и авиатор. Он объясняет дело

так: летчик сельскохозяйственной авиации смотрит на карту и видит

телеграфный столб и силосную башню. Потом он глядит на землю и видит то же

самое: телеграфный столб и силосную башню. "Ага, - говорит он. - Так вот мы

где... Теперь все ясно". На самом деле ясность обманчива. Друг, сидящий

рядом, перебивает: "Минутку! Внизу - телеграфный столб, силосная башня и

нефтяная вышка. Есть они на карте?" "Не все, - отвечает пилот. - Столб

есть, башня есть, вышки нет. Наверное, ее сняли". "Дай мне карту", -

говорит друг. Он развертывает ее целиком и изучает квадрат за квадратом. И

вот он показывает пальцем то место на карте в двадцати милях в сторону от

проложенного маршрута, где обозначены столб, башня и вышка. "Вот мы где", -

говорит он. Пилот только разводит руками. Мораль: в подобных случаях смотри

сначала на землю, потом на карту.

Психотерапевту следует вначале очень внимательно выслушать пациента,

выяснить ход его сценария. В этом случае он скорее найдет реальное

соответствие, а не подпадет под власть внезапной догадки. Затем он может

использовать волшебную сказку для понимания пути пациента, а подтверждения

своего предсказания будет искать в реальной жизни пациента.

<< | >>
Источник: Эрик Берн. Люди, которые играют в игры (Психология человеческой судьбы). 2004

Еще по теме Карта и местность:

  1. Карта и местность
  2. Особенности осмотра участка местности
  3. КАРТА КОГНИТИВНАЯ
  4. Джокер, или Карта Шута
  5. «Карта интересов»
  6. Карта одаренного ребенка
  7. Методика «Карта одаренности»
  8. Тело — контурная карта души
  9. Карта интересов для младших школьников
  10. 1. Правовая карта мира – основной предмет изучения сравнительного правоведения
  11. Глава вторая ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ
  12. СОСТАВЛЯЕМ КАРТУ НИЖНЕГО МИРА
  13. Рассмотрим пример (Фиг. 1)