загрузка...

3.4. Теледебаты и телешоу: момент истины или обман?

Телерадиовещание сегодня – это составная часть индустрии развлечений, дополняющая своей продукцией соответствующий газетный и журнальный рынок и культивирующая ценности массовой культуры. В современном мире зрителю просто необходимо быть полноправным участником массового общения, он должен чувствовать свою причастность к процессу, поэтому телеэфир полон интерактивов, игровых передач, реалити-шоу, ток-шоу Часто это открытый эфир, где активизируется роль зрителя: аудитория становится непосредственным участником программы (либо присутствует прямо в ней).

«Телевидение может рассчитывать на успех только в том случае, если оно опирается на диалог, прямые и обратные связи с аудиторией, на многообразие мнений и оценок, существующих в обществе» [47]. Спонтанность, импровизация обостряют эффект сопричастности, соучастия в беседе у зрителя или слушателя.

Снимая барьеры между зрителем и программой, интерактив помогает обсудить и конфликты, и историко-политическое событие, и романтическую историю. Чтобы обсуждение шло живо, выбирается острая проблема. Звоня в редакцию, респондент отмечает, что его взгляд имеет сторонников. Этот процесс расширен тем, что особо интересные мнения звучат в эфире. Достигается сразу два эффекта: эмоциональный и эстетический – удовлетворение от психологической разрядки и радость от эстетического обогащения.

Сложна роль и у шоумена, который организует зрелищный диалог каждый раз с новой аудиторией. Коллективный поиск истины требует от журналиста эрудиции и такта. Поскольку передачи не сводятся к звучащей в них вербальной информации, здесь важны мимика, жесты, паузы, выражение глаз. Артистичность, пластичность, хорошая реакция – значимые компоненты ведущего ток-шоу.

Столичный класс московского ТВ репрезентирует, по мнению медиакритика А. Вартанова, передача «Культурная революция» на РТР. По жанру она представляет собой телешоу. Ее отличие от других шоу – в обилии звездных участников. Общение в теледебатах провоцируется здесь проблемной ситуацией, необычностью и остротой обсуждаемых тем: «Без мата нет русского языка», «Шедевр может создать только мужчина», «Утечка мозгов полезна для России», «Русская литература умерла», «Секс – двигатель культуры», «Русский фашизм страшнее немецкого». В качестве игроков, например при обсуждении темы фашизма в России, были – известный политик Борис Немцов и политтехнолог Глеб Павловский.

Драматургия передачи предельно проста. Приглашаются два гостя, один из которых, согласно правилам игры, отстаивает правоту императивного заголовка, а другой, естественно, без особого труда разыгрывает явно игровую «подставку» [48]. Хотя публицистическая концовка уже готова, зрители с удовольствием погружаются в магию теледейства – интеллектуальные поединки звезд.

Автор и ведущий Михаил Швыдкой (экс-министр культуры РФ) предлагает обсудить рискованную тему: можно ли жить в России по закону или страна обречена жить по старинке, т. е. «по душе»? Сам Швыдкой неожиданно отводит себе роль – «внезаконника» с неортодоксальной позицией и в союзники приглашает писателя Даниила Конецкого. Зато и оппонента подбирает себе неожиданного – бывшую телезвезду из «знатоков» и нынешнего юриста державного уровня Михаила Барщевского. Отточенный рационализм и блистательная компетентность последнего берут верх, на что автор, собственно говоря, и рассчитывал.

Отличная сценография, характерность типов и раскрепощенность всех участников ток-шоу, наконец – общегосударственная значимость проблемы, прекрасный ведущий – налицо все составляющие идеальной, поистине столичной телепродукции [49].

Эффективность прямого эфира давно поняли на Западе, и многие зарубежные журналисты сделали свою карьеру на всевозможных ток-шоу. Манера ведения такой передачи предполагает легкость разговора и артистизм ведущего [50], обязательное присутствие аудитории и экспертов, что создает драматургию передачи и обеспечивает театральный эффект.

Медиакритики считают, что успех передачи зависит от нескольких критериев-факторов:

• продолжительности передачи;

• соответствия заявленной темы и результатов прямого эфира;

• гостей студии;

• наличия аудитории;

• умения принимать в течение 20 минут звонки от зрителей;

• аудитории (обывателей) и специалистов (экспертов), уравновешивающих друг друга.

Хозяин студии – ведущий несет полную ответственность за порядочность и честность говорящих.

Президент Академии российского телевидения Владимир Познер – король прямого эфира, автор программ «Мы», «Мы и время», «Человек в маске», «Весьма важная персона», свою нынешнюю передачу «Времена» делает по классическим канонам.

Динамику его телепрограмме придают вкрапленные сюжеты, элементы новостной и аналитической журналистики, обзор событий за прошедшую неделю. Профессионал поражает широтой возможностей ведущего – эрудиция, такт, проникновенность, доброжелательность в сочетании с сильной волей и ясным пониманием цели создают атмосферу напряженного диалога, коллективного искания истины. Можно утверждать, что его передачи оказывают мощное духовное воздействие на телезрителей [51].

«Времена» сочетают два вида общения – формально-ролевое и деловое. В передаче важен не только содержательный материал, являющийся предметом обсуждения (например, положение в Чечне), но и выражения лиц, позы, паузы.

К сожалению, мало таких передач, где зритель ощущает сочувственное, внимательное отношение к собеседнику. Зритель не может не видеть засилья «говорящих голов», телеведущих с низким образовательным уровнем практически на всех телеканалах. Недавний опрос журналистов показал, что на телевидении недостает профессионализма, ума, личностных начал, смысла и вкуса [52].

Рейтинговые программы на современном ТВ – это мелодрамы, своеобразный «новый жанр», предлагающий типичную схему развития действия и утешительную форму разрешения конфликта, противоборства добра и зла («Пусть говорят!», «Моя семья», «Женский взгляд», «Кумиры» и др.) [53].

Зарубежные аналоги, программы «За стеклом», «Слабое звено», «Фактор страха» привнесли дух соперничества, конкурентности, выживаемости любой ценой, т. е. то, что ранее очень плохо согласовывалось с российским менталитетом. Новые кальки, передачи «Окна», «Большой куш», «Суд идет» строятся на инсценировках (в телевизионном шоу играют подставные лица, которых неискушенный зритель и студийная аудитория принимают за настоящих героев). Инсценированные истории погружают зрителей в толщу кошмара обывательской физиологии. Эти передачи – своеобразное проявление коммунального комплекса [54]. Автор и ведущий здесь максимально раскован, иногда до развязности. Подчиняясь закону жанра, он часто выходит за пределы этики, выспрашивая об интимных подробностях, пытаясь показать человека в неприглядном виде. Задача – распалить страсти, развернуть битву вокруг бытовой проблемы, эпатировать публику непредсказуемостью ситуации и ее оригинальным решением.

Средством активизации зрителя являются такие формы работы с ним, как беседа, дебаты, дискуссии и полемика.

В беседе автор общается не с живой аудиторией, а невидимым собеседником, реакцию зрителя можно только предполагать. Иное дело все виды дискуссий. На телевидении они проводятся с целью показать разные точки зрения на проблему, дать возможность участникам защитить свою точку зрения, опровергнуть противоположное мнение оппонента, утвердить собственную позицию.

Дискуссия, дебаты, полемика – это разные по направленности типы споров. Полемика – это подлинный спор, предполагающий утверждение мысли неоспоримыми доказательствами. Дебаты – прения или спор, у которых могут быть разные цели – выяснить истину, убедить кого-либо изменить точку зрения, проверить жизненность идеи, обоснованность решений. Дебаты возможны только между компетентными людьми. Спор ради истины приобретает особую красоту, способен доставить непередаваемое наслаждение. И даже отступление не оставляет ощущения поражения.

Иногда в споре для оппонентов важна оценка окружающих и то впечатление, какое они оставляют о себе у зрителей. Они добиваются признания аудитории, одобрения своих интеллектуальных способностей. Это спор ради спора, в котором блеснуть эрудицией важнее, чем достичь истины.

Дискуссии в реальности имеют несколько видов. В первом случае дискуссия нацелена на поиск истины (ad red). У участников спора есть какая-то общая цель, в осуществлении которой каждый заинтересован, но не согласен со способом ее достижения. В этом случае возможен компромисс, а сам вид дискуссии продуктивен.

Во втором случае дискуссия – это спор по поводу какого-то события или факта. Факты можно принимать, но без комментариев. Трактовка у всевозможных фактов разная (как у споров в суде). Споры о справедливости бессмысленны, так как справедливость существует только та, которая определена законами социума. Это спор по факту (ad rem).

В третьем случае – это спор с целью убедить в чем-то слушателей и заставить принять определенную точку зрения (ad hominem – на толпу, на человека). Истина в таком споре не может родиться. Но доказать в таком споре можно все что угодно. Выбор оптимального решения невозможен, бесполезен и бесконечен.

Многое зависит от того, какой вид борьбы избирается в споре – с целью победить, или сорвать противодействие, или не дать победить противнику, пусть и не победить самому. Большинство дискуссий на телевидении имеют игровую основу и «направлены на толпу».

Во всех видах дискуссий журналист играет роль модератора, человека, который предоставляет слово, следит за последовательностью, контролирует настрой участников и создает атмосферу заинтересованности.

Коммуникативно-речевые умения радио– или тележурналиста реализуются в разных ситуациях – в условиях политических теледебатов или игровой телепрограмме, где предусмотрены споры. Исход дела, т. е. то, как будут реализованы коммуникативные намерения, зависит от тщательности подготовки (уметь видеть собеседника, анализировать особенности его личности, вырабатывать стратегии). Вряд ли можно полагаться только на экспромт. Имея природные склонности к взаимодействию с разными людьми, способность к самооценке, развитую интуицию и навыки, журналист легко «собирает в концерт» публику, которой управляет как дирижер оркестром. В его ведении: интервьюируемый, гости передачи в студии, внестудийные собеседники на территории, где ведется съемка [55], он предоставляет открытую трибуну не только физически присутствующим участникам, но и «виртуалам» – посредством предварительно взятых видеоинтервью.

«При полифонировании телевизионных дискуссий следует избавляться от „звездности“ ведущего, – считает В. Г. Ященко. – Он не должен доминировать в диалоге. Его точка зрения имеет право быть выраженной так же, как и точка зрения других участников программы. Он ведет, формирует программу установленным стилистическим образом, не навязывая при этом своего видения проблемы. Он постоянно генерирует ситуации, акцентирует внимание участников на полифонии, на точках пересечения различных идей и идеологий. Для этого ведущий-модератор должен обладать определенным „избытком видения“.

Если следовать этой рекомендации, то и героя телевизионной дискуссии нужно выбирать тщательно, чтобы он был „бескорыстным носителем идеи“, идеалистом, не просто исповедующим некую идеологию, но и идущим на жертвы ради ее воплощения» [56]. Но телевидение требует ярких персонажей с оригинальным мышлением и поведением, в противном случае теряется зрелищность. Можно быть и честным и скучным одновременно. «Букет» личностей создает зрелищность.

Модератор, между тем, – это «тот, кто оставил свое мнение за порогом студии, но остался живым, энергичным, интересным распорядителем дебатов» [57].

«Какой бы служебной ни казалась роль модератора, одно лишь присутствие известного журналиста может менять сам характер передачи, как для собеседников, так и для зрителей» [58].

В одном из интервью Аркадий Райкин говорил о человеке, выступающем по телевидению, что он должен иметь запас спокойствия. Он должен чувствовать и понимать, что ему доверяют. Иначе это страшно сковывает. Когда до передачи перед тобой машут пальцем и говорят: ты смотри, сукин сын, не скажи там что-нибудь лишнее... Даже не надо присутствовать в студии, а просто у себя в комнате, сидя перед телевизором, чувствуешь: этот человек вышел накачанный определенным образом и никуда, ни вправо, ни влево не может отвлечься и высказать свою точку зрения [59].

В телевизионных дебатах победа на публике приносит большое удовольствие, тешит самолюбие тех, кто в них участвует. Однако разные темпераменты, многоголосица мнений, которые нужно направить в определенное русло, чтобы беседа не выходила за берега и имела четкие очертания, требуют от ведущего сосредоточенности.

Принимать участие в теледебатах, очевидно, нужно только тем, кто умеет работать на камеру, владеет речью, может говорить кратко, емко, ярко. В споре журналист может выбрать роль адепта.

Журналист умещает максимальное количество слов в минуту времени, осуществляет напор на аудиторию, обладает мгновенной реакцией, предлагает отшлифованные формулировки, подготавливает ответы на прогнозируемые обвинения (так, например, работала С. Сорокина в передаче «Основной инстинкт...»).

В нарушение правил игры журналист порой увлекается, заражается эмоционально от партнеров и неосознанно начинает выступать активным участником спора, как это обычно бывало на передачах В. Соловьева «К барьеру!». Атмосфера азарта и напряженности заставляла его брать сторону одного из участников спора, проявлять напористость в отношении другого. Ведущий переставал задавать вопросы и начинал упорно навязывать аудитории свое мнение (что вовсе не было предусмотрено правилами передачи).

Споры стихийные и неорганизованные определяются позицией игры. Если есть потребность эпатировать публику, ведущий инициирует игровые отношения, вовлекая в процесс общения, при этом использует провокацию как средство активизации аудитории. В ситуации подобного типа всегда есть элемент активного несогласия, протеста против неправильного поведения собеседника с точки зрения одного из участников общения... Это влечет за собой вербальную агрессию, провоцирующую, вызывающую коммуникативный конфликт [60]. Ведущий тонко подстрекает к каким-либо действиям, интригует, намекает, пробуждает интерес, используя эмоционально-психологическое заражение, управляет аудиторией. Меняя смысловое поле, он формирует общий настрой. Провоцирование предполагает не просто иерархию мотивов высказывания, но имеет явные и скрытые мотивы и намерения.

Журналист свободен в выборе методов активизации аудитории, если она не предопределена этикетной ситуацией. Тактичный журналист может «не заметить» неловкость, обойти нескромный вопрос.

Дискуссии «обречены» на успех, если ведущий обладает такими качествами, как высокий интеллект, открытое сердце, богатая образная речь, обширные познания, тонкий юмор. Однако нужно помнить, что в подсознании человека могут быть запрятаны агрессивные желания. Ненароком можно вызвать такие чувства, как ревность, злобу, желание унизить или причинить боль.

Ирония в дебатах со стороны ведущего допустима, если это проявление оптимизма, а не цинизма. Юмор делает общение легким и непринужденным, дает начало взаимопониманию и партнерству. Полезно смеяться над собой. Объектом шутки лучше выбирать не своих собеседников, а третьих лиц, нейтральную ситуацию или внешние обстоятельства. Так легче относиться к чудачествам и капризам людей. Особую тактику нужно использовать с циниками – относиться к ним с молчаливым пониманием и равнодушием.

Телеобщение – часть журналистского творчества, которому присущи креативность, творческое отношение к миру, создание и пересоздание, творческая самостоятельность, раскованность, иногда доходящая, по замечанию Л. Г. Свитич, «до творческого произвола» [61]. Однако этот «творческий произвол» не должен оскорблять присутствующих в студии.

Основа общения журналиста со студийной аудиторией – эмпатия, проявляющаяся в прямых обращениях: «вы заметили, что...», «помните, как...», «давайте подумаем вместе». В своих комментариях журналист ссылается на мнения других людей, что не исключает и собственной авторской позиции. В. Познер как профессионал никогда не заслоняет явно фигуры говорящих – участников передачи, не выпячивает демонстративно свою персону на первый план. Однако и профессионалы такого уровня – не всегда идеальные ведущие.

Участники фокус-группы (студенты факультетов журналистики Санкт-Петербургского и Якутского государственных университетов), изучавшие профессиональные приемы ведения беседы с помощью стоп-кадра, отметили положительные качества в работе В. Познера:

• остроумие;

• обаяние;

• интеллигентность;

• хорошая дикция;

• умеет слушать и услышать то, что ему нужно;

• тактичность;

• профессионализм;

• увлеченность;

• умение пользоваться ораторскими приемами.

Однако при пристальном внимании к работе популярного ведущего программы «Времена» (ОРТ) были замечены недостатки: частое выражение собственного «Я»; манера держаться за подбородок; неформальный стиль в одежде; во время беседы слишком пристально смотрит на собеседника; говорит с некоторой растяжкой, затянувшейся паузой; очки на кончике носа; оказывает давление на аудиторию; размеренная жестикуляция.

Сравнив аналогичную работу в студии ведущего программы «Зеркало» (РТР) Н. Сванидзе, участники фокус-группы в ряду положительных качеств назвали:

• обаяние;

• стильную одежду;

• профессионализм;

• стиль непринужденной беседы;

• умение склонить к открытому диалогу;

• доказательность утверждений и выводов.

Вместе с тем отмечали и недостатки Н. Сванидзе как ведущего телепрограммы: может перебивать гостя; слишком быстрая речь; неожиданные и неприятные для гостя вопросы; отсутствие чувства юмора; чтение с листа; чрезмерная жестикуляция; излишняя эмоциональность; неумение организовать (оживить) студию: в ней нет ничего, кроме табличек с Ф. И. О. участников программы.

Передачи, пользующиеся успехом, клонируются на многих телеканалах. Лишь внешнее копирование «клонами» стиля ведущих этих программ обесценивает их назначение – «поучать, развлекая». Скопированные телепрограммы имеют агрессивную динамику, навязывают безумный темп, предлагают мозаику клипповости и часто «исключают всякую возможность отстраненного рефлексивного взгляда, всякую критическую дистанцию» [62].

Такую ситуацию один из американских телекритиков называет «тиранией настоящего времени». В данном контексте вопрос об истине излагаемого бесполезен, у зрителя не остается времени обдумать увиденное – ведь он смотрит «документальное» кино в эфире.

Рассуждая о критериях профессионализма ведущего, специалист в области телевидения Г. В. Кузнецов говорит о новых качествах, приобретаемых ведущим. Это уже не искрометный шоумен, а гибкий модератор, умеющий вовремя предоставить слово для ответа, если гостя в чем-то обвиняют. Если гость отмалчивается – напомнить ему о вопросе и добиваться ответа [63].

«Сценарная разработка „разговорного представления“ – некое русло, приготовленное для того, чтобы точно направить поток мыслей приглашенных людей, обозначить постановку проблемы и линию поведения человека, продумать возможные выводы. Чем серьезнее тема, тем труднее обеспечить легкость, эффективность, да и логическое развитие действия».

Есть еще и то, что скрыто от глаз телезрителей, – работа режиссера, звукооператора, оператора. Журналист должен уметь объяснить свой замысел всем участникам дискуссии.

Выводы. Журналистское мастерство во многом определяется авторитетом и влиянием телеканала. Потенциальные возможности СМИ определяются позицией и возможностями журналиста. Телевидение нуждается в специалистах высокого класса. Мастерство связано с творческими, профессиональными и личностными возможностями журналистов, устойчивыми привычками к определенным приемам и способам работы с людьми. Творческий процесс развивается на основе единства психологического и социального, вопрос индивидуального мастерства во многом субъективен и специфичен. Методы работы определяются рядом условий, в числе которых и обстоятельства времени, и социальная среда, и психология потенциальных зрителей, и личностный настрой журналиста.

Современный слушатель и зритель требует драматургии мысли, а не только презентации образов. Задача журналиста – увлечь и завлечь. Ведущий телевизионной передачи должен уметь импровизировать и быть артистичным, обаятельным, обладающим быстрой реакцией, находчивостью; быть искренним, но в то же время уверенным в себе. Экранное действо должно быть максимально приближено к зрителю.

Поведение человека в кадре должно быть не столько внешне красиво, сколько внутренне оправдано. Предвзятое негативное отношение к партнеру является затрудняющим фактором. Громкая речь, наглое поведение, отсутствующее лицо, невключенность, излишняя настойчивость, неумение вызвать положительные мотивации у партнера вызывают неприязнь у аудитории.

Проявляйте больше профессионализма, ума, личностных начал, вкуса, не забывайте о чувстве меры, наполняйте эфир новыми смыслами – и зрительские симпатии вам обеспечены.

Имидж требует целенаправленной работы. Спрос рождает предложение. Это инструмент общения с массовым сознанием. Восприятие любого общения, в том числе и в массовой коммуникации, опосредуется восприятием личности коммуникатора. Отрицательное отношение к коммуникатору может неблагоприятно отразиться на восприятии сообщения.

Манипуляция аудиторией – малопродуктивная практика. Талант неординарных личностей – ведущих телепрограмм нужно использовать для влияния на общественную ситуацию.

В теледебатах нельзя упускать инициативу в управлении аудиторией и непредсказуемыми выходками гостей. В любой ситуации – спасение в проявлении корректности. Здесь уместна заповедь журналиста «Би-Би-Си» А. Остальского: «Роль Бога, судьи для журналиста и общества очень опасна. Мы как раз и пытаемся себя оградить, помня: „моя позиция“ не означает „правильная“. Концепция объективизма необходима – это, наверное, все-таки меньшее зло, чем насаждение чьей-либо или своей правды» [64].

<< | >>
Источник: Галина Мельник. Общение в журналистике: секреты мастерства. 2008

Еще по теме 3.4. Теледебаты и телешоу: момент истины или обман?:

  1. 3-й урок: «Момент истины» или «Завершение»
  2. 5.6.2.1. Техника «Момент истины»
  3. Заключение. «Момент истины».
  4. Заключение. «Момент истины».
  5. Прием создания условий для установления момента истины.
  6. Прием достижения момента истины в решении задач разговора.
  7. Николай Козлов. Истинная правда, или учебник для психолога по жизни, 2001
  8. 15. Истинный воспитатель, истинный отец и мужчина всегда гражданин, любящий ближних
  9. Обман
  10. Статья 225. Правовые последствия совершения сделки дееспособным физическим лицом, которое в момент его совершения не осознавало значения своих действий и (или) не могло руководить ими