загрузка...

2.3. Поведенческие стратегии в общении

Поведенческие стратегии общения отражаются прежде всего в речевой структуре. Формы и типы речевой коммуникации различаются по ряду признаков: количество участников, условия, цель общения, характер ситуации.

О. Я. Гойхман и Т. М. Надеина предлагают различать следующие типы.

1. Условия общения:

а) прямое или непосредственное, общение с активной обратной связью (письменное распоряжение);

б) опосредованное общение (выступление на радио, телевидении, в печатных СМИ).

2. Количество участников: монолог; диалог; полилог.

3. Цель общения: информирование; убеждение (включая побуждение, объяснение и т. п.); развлечение.

4. Характер ситуации: деловое общение; бытовое общение [25].

В условиях массовой коммуникации возникает еще несколько типов общения, имеющих следующие характеристики (по классификации Э. Лазаревой).

Условия общения:

• опосредованное общение со зрителем;

• непосредственное общение с участниками передачи;

• имитация непосредственного общения со зрителями;

• массовое общение со зрителями;

• личностное общение с участниками передачи;

• межперсональное общение с участниками передачи и со зрителями;

• ролевое общение с участниками передачи и со зрителями;

• ролевое общение со зрителями (журналист выполняет социальную роль, являясь выразителем общественно значимой информации).

Количество участников:

• монолог;

• диалог;

• полилог.

Цель общения:

• информирование о событиях и фактах;

• анализ происходящего с мировоззренческих позиций;

• развлечение [26].

Журналист электронных СМИ включается в более сложную систему коммуникации, своеобразие которой заключается в том, что он участвует в разных типах общения. Ему необходимо освоить многие умения: быть одновременно оратором и непосредственно общающимся собеседником, выражать социальную информацию через индивидуально-личностную форму, строить убеждающую монологическую речь, диалог с гостем студии и полилог с участниками передачи.

Таким образом, мы выделяем несколько типов общения:

• по числу, характеру и степени вовлеченности участников в процесс взаимодействия (монолог, диалог, полилог);

• по организационным формам воздействия (деловая беседа, совещание, прием, пресс-конференция);

• по средствам общения выделяют два типа: речевое и неречевое (невербальный язык общения и конституциональный).

К невербальному общению мы относим:

• оптико-кинетическое (жесты, мимика, пантомима);

• паралингвистическое (качество голоса, диапазон тональности);

• экстралингвистическое (паузы, плач, слезы);

• пространственно-временное (взаимодействие партнеров);

• конституционное – язык тела (строение) и телодвижения.

Количество и качество общения зависит от возраста, национальности, типа темперамента, статуса участников коммуникации.

Таким образом, мы еще раз убедились в том, что общение – понятие многослойное и многоаспектное.

Поведенческие стратегии журналиста, определяющие тип интервью, меняются в зависимости от поставленной цели, редакционного заказа, объектов интервьюирования (звезда, эксперт, очевидец), предмета разговора.

Наверное, читатель заинтересуется прежде всего теми событиями, которые содержат элементы его собственной природы:

1. Самосохранение.

2. Любовь и размножение.

3. Статус.

Но профессиональному журналисту следует помнить о том, что они отражают лишь одну сторону творчества.

В прессе встречается много интервью, из которых читатель может почерпнуть сведения справочного характера. Журналисты специализируются по источникам информации (деловое интервью на финансовую или банковскую тему, интервью по проблемам фармакологии, акционированию предприятия и т. д.).

Свободное интервью, или, по образному определению тележурналиста С. Н. Ильченко, «интервью ни о чем» выделяется в особый тип [27].

Протокольное интервью, цель которого – получение официальных сведений по вопросам внутренней и внешней политики, требует строгости и ритуальности операций ведения [28]. Выделяется аналитический тип интервью, в котором доминантную роль играет субъект мнения – человек, очевидец события или авторитетное (компетентное) лицо.

Теоретик печати М. И. Шостак предлагает такого рода интервью разделять на экспертное и проблемное [29]. В первом случае журналист играет роль стенографа, фиксирующего ключевые моменты высказывания партнера по общению. Во втором журналист выступает как равноправный партнер, работает в интервью с собеседником, участвует в обсуждении проблемы, выступает в роли аналитика, изучающего и сопоставляющего мнения других. Проблема представляется как дилемма, имеющая альтернативу решения.

К аналитическому типу можно отнести интервью Сергея Брилева, проведенные им в экспериментальных выпусках программы «Пятая студия» на НТВ с известными политическими и общественными деятелями. Его гостями были Михаил Зурабов, Евгений Примаков, Сергей Нарышкин, Владимир Жириновский, Геннадий Зюганов, Сергей Миронов, Олег Морозов, Уго Чавес, Збигнев Бжезинский и др. Журналист участвует в обсуждении проблем как аналитик.

Проблемное интервью – прояснение, исследование вариантов решений, поиск решений на вопросы: что потребует решение этой проблемы? Что вы действительно хотите? Что могло бы подвигнуть вас в сторону урегулирования конфликта?

Возвращайтесь к данным потребностям и опасениям. Спрашивайте: «Что вам нужно?», «Почему это важно для вас?», «Расскажите, почему такой вариант решения вы считаете не наилучшим для себя?», «Если вы получите то, чего хотите, что это будет значить для вас?», «Существуют ли альтернативные решения, которые были бы такими же приемлемыми для вас?».

В проблемном интервью важны мнения и их сопоставление, парадоксальные суждения и доказательность стратегий. В таком интервью нужно предоставить коммуникативные стимулы – взаимное побуждение к размышлению.

Тематическое интервью посвящается определенной теме. Пример – интервью корреспондента «Огонька» Юлии Лариной с ведущим программы «К барьеру!» Владимиром Соловьевым. Короткое интервью касалось одной темы – предстоящих выборов и теледебатов (информационный вид интервью). Тема задана в самом начале интервью: «Какими будут эти дебаты?». Несколько дополняющих вопросов поддерживают заданную тему до конца разговора: «Как ведущий, что вы будете делать в условиях скучных дебатов?», «НТВ – негосударственный канал и не обязано предоставлять эфир всем претендентам. Вы можете выбирать, кого приглашать. Есть среди кандидатов люди, которых вы не позовете в программу?», «Понимая, за кого проголосует большинство в марте, хочу узнать, не придется ли вам бросить политическую журналистику после выборов президента? Она станет еще более скучной» и др. [30].

В портретном интервью главный интерес сосредоточивается на партнере, акцент делается на неординарности личности, чертах, выделяющих ее из числа других. Интервью-знакомство нацелено на создание яркого эмоционально-психологического портрета, вопросы носят личностный характер. Отсюда осторожность и такт. Глубокое интервью способно изменить радикально представления о человеке.

Показательно в этом отношении портретное интервью Ирины Зайчик в журнале «Караван историй» с сыном Людмилы Целиковской Александром Алабяном «Любимов не хотел уходить, но мама его не простила...». Образ известной актрисы в интервью не совпадает с ожиданиями читателя. Символ советского кинематографа, кумир не одного поколения в представлении зрителей – счастливая, удачливая, улыбчивая – кинозвезда предстает перед читателем со всеми своими жизненными проблемами. Автор обнажает противоречие жизни и быта актрисы, ее творчества. Людмила Целиковская предстает перед читателями не очень счастливой в личной жизни, с трудной актерской судьбой, долгое время не имевшей возможности реализовать артистические способности. Актриса оказалась в круге проблем, связанных с взаимопониманием в семье и в театральной среде. Конфликт общественных отношений сталинского периода, поиск «маленького уютного» счастья – психологические «картинки» и рассуждения сына актрисы на эту тему помогают читателю увидеть и понять освобождение индивида от внутреннего напряжения. Читатель видит и прочитывает самовыражение Л. Целиковской как личности. Любимов, Целиковская, ее сын – Алабян, их окружение и жизнь показаны не в ракурсе «свежевыжатой» сплетни или жареного факта, а с позиции прожитых лет и переосмысления многих событий и жизненных ценностей. Творческий ресурс и применение особого психологизма позволили автору не ограничиться удовлетворением праздного любопытства читателей, как это часто происходит в рассказах о знаменитых людях, а разобраться в перипетиях сложнейших отношений, выявить скрытые мотивы поведения, обозначить тонкий рисунок поведения героини в различных жизненных ситуациях. Сильные аргументы и изобразительные средства, фактографическая основа, свидетельства близких людей смогли оставить у читателей не только яркое впечатление, но и изменить их установку относительно Л. Целиковской [31].

Интервью со звездами призвано показать истинное лицо героя («без маски»). Цель интервью может меняться; впрочем, меняется и характер общения. Звездное интервью предполагает создание комфортной обстановки, воспроизведение ситуации игры.

В журналистике используется несколько видов биографического интервью.

1. Лейтмотивное, когда собеседнику помогают сразу подойти к определенной теме и выдерживать ее на протяжении беседы.

2. Нарративное – собеседника для начала просят подробно рассказать историю своей жизни, причем в хронологической последовательности.

3. Открытое интервью, в котором журналист принимает роль «любопытствующего слушателя». Его задача заключается в том, чтобы задавать наводящие вопросы. В биографическом интервью важен учет интенциональных факторов (проекты, жизненные цели, намеренно сделанные шаги, которые должны выводить из нежелательной ситуации и т. д.) и знание институциональных факторов (последовательность образовательных шагов, семья, профессия).

4. Фокусированное интервью, когда беседа или интервью строятся вокруг строго определенной темы, относительно которой нужно получить исчерпывающие сведения (32).

Автор портретного интервью Ю. Ушакова включает многие составляющие биографического метода и опирается в изображении героя на относительно устойчивые, стабильные, но иногда и изменчивые характеристики состояния своего героя. Психологическая индивидуальность становится не только предметом изображения, но и объектом исследования журналиста на период интервьюирования своего героя и создания текста произведения.

«А у меня все детство прошло на улице. В нашем дворе всем заправляли воры Шурка и Ленька Шустовы, им было лет по 17-18. Они меня лет с восьми всюду таскали с собой.

Помню, особенно сильно компания воров гуляла на праздники – 1 мая или 7 ноября. Однажды они позвали меня. Мне тогда было лет 9. Подвели к столу во дворе – там водка, колбаса порезана. Налили полный стакан и говорят: «Давай-давай, пей! Привыкай!..» Я и выпил. Потом мне стало ужасно плохо. Дома просто выворачивало наизнанку, мама еле откачала» [33].

Интервью-расследование содержит вопросы, «вскрывающие» личность, ситуацию, помогающие «разоблачению» собеседника. К такому типу интервью прибегают Андрей Караулов в передаче «Момент истины» и журналисты программы «Честный детектив».

Журналист и ведущий программы Эдуард Петров впервые на современном телевидении расследует преступления по схеме работы следственной группы: занимается сбором первичной информации; розыском и опросом потерпевших, свидетелей и очевидцев; отработкой различных версий; поиском доказательств и опровержений. С 2003 года зрителю предоставляется возможность узнать, из чего состоит ежедневная работа криминального репортера. А итогом наблюдений и интервью становятся передачи: «Маска смерти», «Пленницы подземелья», «Порча», «День страха», «Пираты Охотского моря», «Кровь на иномарках», «Табор смерти» и др.

В последнее время интервьюерами на телевидении стали пары ведущих, которые, подчиняясь драматургической ситуации, задают перекрестные вопросы собеседнику, свою «жертву» берут «в клещи» (продолжаются традиции передач «Принцип Домино» и «Девичьи слезы», появляются «Школа злословия», «Два против одного» и др.). Это новый вид интервью, своеобразный «конферанс на двоих». Подобное построение обеспечивает политический напор. Контрапункт – человек, попадающий в треугольник общения. В такой ситуации человек раскрывается сильнее.

Режиссура интервью на троих имеет своей особенностью то, что интервью здесь выступает инструментом давления, используется уже как полифункциональный метод.

Вероятность прочтения интервью возрастает от степени влияния персоны, к которой за вопросами обращается журналист.

Журналист должен быть предельно собран, корректен и находчив, психологически устойчив, должен сохранять бесстрастность, делая серьезные выпады.

Вариации интервью возможны в зависимости от типа собеседника – экспертное, проблемное, интервью-знакомство, звездное, интервью-разоблачение, информативное [34].

Различают и другие виды интервью в зависимости от поставленной цели.

Афористическое интервью. Структура интервью, оформленного в виде цитат – слов героя, выстроенных в соответствии с идейной концепцией автора. Текст представляет собой цепочку рассуждений собеседника, последовательно разворачивающуюся перед читателем. Вопросы интервьюера намеренно опускаются.

Интервью-монолог используется как эффективный прием раскрытия внутреннего мира интервьюируемого и его жизненных ценностей.

Интервью-пьеса – интервью, по замыслу и структурной организации сходное с драматургическим жанром в литературе.

Интервью «с болтовней» предполагает демонстрацию перед публикой всех этапов интервьюирования начиная с подготовки и налаживания контакта с собеседником.

Коллективное интервью с иллюстрациями интервью, в котором на один и тот же вопрос (или группу вопросов) отвечает сразу несколько человек, причем их ответы иллюстрируются не стандартной портретной фотографией, а оригинальным снимком.

Интервью «два в одном». Беседа «на равных» двух известных личностей, где нет строгого деления на интервьюера и интервьюируемого.

Интервью-анкета. Материал, по своей структуре напоминающий анкету, опросный лист со списком вопросов для получения сведений о человеке, его биографических данных, образовании, профессиональной деятельности и т. д.

Частой помехой экспертного интервью становится статус собеседника. Журналист превращается в стенографиста, доверяя каждому сказанному слову (давит авторитет). Однако как раз здесь и нужно проявлять бдительность (эксперт может увлекаться какой-то одной научной идеей, навязывать собственную логику, без учета альтернативных мнений, умело выворачиваться там, где суждения уязвимы и не хватает веских аргументов).

Особенно трудны блиц-интервью («интервью у трапа») в гуще события или интервью спонтанные по горячему поводу, организованные, например, по телефону (ТВ-интервью). Интервьюер пользуется специфическими приемами: «Интересно узнать...», «Какое у вас о нем мнение?», «Какой же прогноз?». Журналист показывает себя не просто заинтересованным, но и смелым человеком, умеющим остро поставить вопрос. Наличие личной позиции обусловлено целью интервью, установками журналиста. От этого зависит и способ общения, и принципы построения вопросов (по М. Шостак – «накат вопросов», вопросы с вводкой, с реакцией на ответ).

Независимо от того, какой вид интервью журналист использует, какую применяет технику и методику интервьюирования, сбора информации, он дает взамен человеку моральное удовлетворение, в отдельных случаях терапевтически воздействует на личность опрашиваемого: помогает ему принимать решения, снимать тревогу повышать самооценку. Интервью как метод невероятно популярен в сегодняшней журналистике.

На радио– и телеканалах появились замечательные ведущие нового поколения, обладающие своей «языковой маской», психологической раскованностью и свободой в выборе языковых средств. Интервью протекает в форме вольной беседы, вопросы часто не готовятся вовсе.

В интервью журналист решает множество психологических задач. Так, например, распознает сигналы неискренности собеседника: логическое противоречие, нагромождение подробностей, интимизация речевой среды («Вы ведь знаете, как я к вам отношусь» [36]).

При неискренности речевой коммуникации обычно комментариев больше, чем фактов, создается специфический антураж. Неискренний собеседник занят самохарактеристиками, как бы предваряя возможные характеристики партнера. При обнаружении лжи рекомендуют изменить стратегию, попытаться обойти лживые ходы партнера, но ни в коем случае не показывать ему прямо, что вы его разоблачили.

Содержание и структура вопросов зависит от того, с кем имеет дело журналист. С какими только типажами ни приходится встречаться журналисту в своей практике! Так, популярные люди часто придумывают о себе небылицы, сочиняют байки для прессы, в особенности про романы друг с другом, повышая рейтинги изданий. Они полагают, что если о них хоть что-то говорят, то они популярны.

Существует категория людей, склонных лгать для того, чтобы сохранить лицо, избежать напряжения или для достижения личной власти, а также по другим причинам. Журналист обязан это знать. И при этом помнить, что раскрытие лжи – серьезная угроза для сохранения доверительных отношений.

Приходится сталкиваться с такими типами людей, которые любят все приукрашивать, занимаются самовосхвалением, описывают собственные достоинства (зачастую это артистическое племя). И здесь журналист решает психологическую задачу – распознать, что есть факт, правда, а что – плод необузданной фантазии или амбиций.

Нередко журналисты демонстрируют такой тип общения, как дефектный. Общаясь с людьми, которым свойственны хвастовство, лживость, самонадеянность, демонстративность, журналисту не всегда удается вести тонкую игру.

Существует несколько важных правил ведения открытого и честного разговора с «неудобным собеседником», которые надо знать. Одно из них – использование «языка-Я». Начиная фразу со слов: «С моей точки зрения...» или «То, как я это вижу...», вы смягчите разговор и покажете собеседнику, что высказываете лишь свою точку зрения, не претендуя на истину в последней инстанции. Тем самым вы признаете его право иметь собственное мнение. Наверняка вас выслушают гораздо спокойнее и внимательнее.

Второе правило – внимательно приглядывайтесь к его реакции на ваши слова. Постарайтесь добиться взаимопонимания, используйте возврат к сказанному, переспрашивайте и поддакивайте, не забывайте о проясняющих вопросах и о подведении итогов услышанного. Конечно, кому-то такое налаживание отношений может показаться делом слишком долгим, однако все это отнимет гораздо меньше времени, сил и эмоций, чем общение типа «действие – противодействие», поскольку такой разговор вообще не дает никакого результата.

Чаще всего честность – лучшая политика в отношениях с людьми. Удивительно, как часто мы начинаем общение с хитроумных стратегий и тактик, забывая попробовать сначала просто высказаться начистоту. Честный диалог – самое эффективное, простое и надежное средство для превращения конфликта в сотрудничество [37].

Тип интервьюера в значительной степени определяет поведенческие стратегии (ход интервью) и результат общения. Среди журналистов также есть немало типажей, достойных описания. В литературе к плохим типам интервьюеров относят «миссионеров», стремящиеся вместо получения информации довести до опрашиваемого какую-либо идею, а также «моралистов» и несерьезных собеседников – «ветреников». В черный список входят также властные, сентиментальные, тревожные и действующие по шаблону журналисты; есть и такие, которые не выносят, когда мнение собеседника не совпадает с их собственным.

В последнее время формируется тип журналиста, концентрирующий в себе идеологические и политические устремления эпохи и определяющий основные черты языка прессы, связанные с резким его обновлением и демократизацией [38].

Журналист выступает в беседе свободно мыслящим человеком, говорит от собственного имени. В наше время он является носителем нового культурного кода, позволяющего ему в условиях минимально «запрещающих» правил в публичном общении прибегать к различным языковым формам, индивидуальному лексикону, быть более раскованным [39]. Попытка «прочитать» собеседника присутствует в каждом интервью, но методы этого «прочтения» разные и зависят от степени профессионализма журналиста. Кроме того, есть специфика в работе отечественных журналистов. Так, например, Манфред Квиринг – корреспондент Иностранной службы «Издательства Аксель Шпрингер» в Москве – в интервью журналистке Ирине Карпенко, говоря о профессионализме, подчеркивает разницу между немецкими и российскими журналистами: «Наши журналисты довольно жесткие, они добиваются, чтобы политик ответил именно на тот вопрос, который задан, и не позволят ему „уйти в сторону“ или „лить воду“. Здесь, в России, я заметил, не так. Политики весьма часто переиначивают вопросы журналистов и соответственно отвечают на тот вопрос, который им выгоден, а то и вовсе отказываются отвечать. Такие попытки бывают и у нас. Но если политик начинает что-то бормотать, журналисты могут его просто перебить. Такой жесткий стиль общения журналистов с политиками вырабатывался годами. В России он пока не сформировался» [40].

Во многих интервью остается бесцветным фон, журналист почти не тратит усилий для нахождения «болевых точек» собеседника, ему не удается психологически мобилизовать человека на беседу. Вопросы звучат пресно: «Каковы ваши творческие планы?», «Как вы создаете свои произведения?».

Известный журналист-международник Владимир Кондратьев – нередкий гость в Государственной думе. Это для него настоящие «охотничьи угодья». Здесь он буквально выслеживает интересных собеседников. Ведь хорошее интервью – это половина успеха любого сюжета. Молодой его коллега удивляется: «Поражает, что он, кажется, знает тут всех, причем помнит имена и отчества. Политики отвечают взаимностью. Владимир Лукин пожимает руку, Николай Харитонов с готовностью показывает содержимое портфеля, а Геннадий Зюганов говорит добрые слова „лучшему корреспонденту“». Сам В. Кондратьев объясняет это так: «Может быть, им приятно, когда им задают все-таки какие-то нестандартные вопросы. Я стараюсь спросить что-нибудь такое неожиданное, а то все время „какие ваши впечатления“ или „что вы думаете о том-то, о том-то“. Это ж не вопросы» [41].

Объем интервью не всегда соответствует степени раскрытия образа. К сожалению, в современных интервью часто много места уделяется себе, а не собеседнику. Выбирая любую стратегию, интервьюер должен помнить об ответственности и перед собеседником, и перед аудиторией.

Сохранять логику рассуждений и выстраивать структурно ясное общение журналисту помогает контроль релевантности (важной темы).

Поддерживая ту или иную тему, нужно учитывать уровень знаний тех, кого опрашивает журналист. Иначе можно непроизвольно создать комическую ситуацию.

Телевизионщики устроили на улицах Санкт-Петербурга опрос жителей, их интересовало, что петербуржцы знают о «Лебедином озере». Познания оказались невелики, но желание удовлетворить корреспондентов было сильнее, тем более что каждый что-то слышал об этом. Одни вспомнили, что это балет П. И. Чайковского, кто-то смог напеть мелодию танца маленьких лебедей – «Трам-там-там-там-та.... тара-рам-там-там-там-та», кто-то перепутал балет с музыкальным произведением Сен-Санса «Умирающий лебедь», кто-то изобразил лебедя в конвульсиях. Кто-то связал сюжет с другими классическими произведениями, известными из школьной программы. В результате журналисты получили набор самых невероятных суждений, по которым создали новое либретто, где в качестве героев присутствовали названные при опросе – черный ворон, белая лебедь, Отелло, Джульетта, Жизель, принц датский Гамлет, ведьмы, колдуны и даже Русалочка.

Наверное, если бы этот вопрос был задан в музыкальной среде, пусть даже школьникам, ответы были бы совершенно иными, более профессиональными.

Готовясь к работе с будущим героем, нужно готовиться к встрече технически. Помнить, что должно быть достаточно времени, чтобы расспросить обо всем, что планировалось. Интервью, длящееся всего 10-15 минут, малоэффективно. Правда, если это не интервью по телефону. Здесь от вас потребуется спокойный, уверенный тон, четкое построение фраз, краткое, но веское обоснование звонка – и контакт налажен.

Не превращайте себя в придаток диктофона. Позаботьтесь о способах записи. Лучше параллельно с диктофоном вести запись ручкой (так как магнитная запись может оказаться некачественной). При этом фиксировать не фразы, а ключевые слова и выражения. Правда, при этом соблюдать стиль сложно [42]. Хорошо научиться писать вслепую, скорописью, чтобы не смущать собеседника, особенно если он волнуется и не может говорить под магнитофон. Расшифровку с диктофона лучше делать свою, а не просто прослушивать и выбирать фрагменты. В противном случае есть опасность быть неточным.

Дублировать работу диктофона нужно обязательно, чтобы впоследствии не утратить информацию, как это произошло с моей коллегой, которая записала эксклюзивное интервью с большим чиновником и решила его прослушать в поезде, когда возвращалась из командировки в Москву. Дома, включив диктофон для расшифровки текста, услышала только стук колес. Все голоса, кроме этого звука, были стерты.

<< | >>
Источник: Галина Мельник. Общение в журналистике: секреты мастерства. 2008

Еще по теме 2.3. Поведенческие стратегии в общении:

  1. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ СПОСОБЫ ВОЗДЕЙСТВИЯ В ПРОЦЕССЕ ОБЩЕНИЯ. ПРИЕМЫ ПОВЫШЕНИЯ ЭФФЕКТИВНОСТИ ОБЩЕНИЯ
  2. Все стили общения условно можно поделить на три группы в зависимости от цели общения и ролей, какие вы играете.
  3. ПОВЕДЕНЧЕСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ 1.
  4. ПСИХОТЕРАПИЯ ПОВЕДЕНЧЕСКАЯ
  5. ПОДХОД ПОВЕДЕНЧЕСКИЙ
  6. Поведенческий подход
  7. 3.8. Поведенческие эксперименты
  8. Внешняя - поведенческая.
  9. ТЕРАПИЯ ПОВЕДЕНЧЕСКАЯ
  10. ТРАДИЦИЯ ПОВЕДЕНЧЕСКАЯ
  11. Новейшие направления в поведенческом консультировании и психотерапии
  12. Модели поведенческих индикаторов
  13. Поведенческие индикаторы - "автограф" преступника
  14. Стратегии
  15. Поведенческая основа процесса управления.
  16. Практическое применение стратегий Аристотеля
  17. Моделирование стратегий гениев
  18. Пятая глава СТРАТЕГИЯ ЛИДЕРСТВА ЖЕНЩИНЫ
  19. Стратегия переговоров