3.2. Человек в кадре: феномен телеобщения

Телевизионное сообщение – это комплексное коммуникативное послание автора зрителю, которое наряду со смыслом, заложенным в тексте, в закодированном виде передает информацию о личности коммуникатора, отражает его эмоциональное состояние и поведение. В прямом эфире автор (ведущий) передачи предъявляет свою личность многомиллионной аудитории непосредственно, а в записанном телесообщении опосредованно. Деятельность журналиста, являясь творческой по своей природе, позволяет ему самостоятельно выбирать выразительные средства, чтобы не только сделать доходчивым свое телесообщение, но и представить его в более выгодном свете.

Феномен телеобщения – совмещение хрупкой природы межличностного общения и многомиллионного рупора. На современном отечественном телевидении наблюдается преобладание контакта «ведущий – зритель», а не «информация – зритель». «Связь между эмоционально-психологическими и чисто информационными слоями передаваемых сообщений может подразумевать „специальную информацию телеведущего о самом себе в попытках добиться личностно содержательной соединенности со зрителями“» [5].

По мнению В. Матизена, такой вид контакта формирует личную известность ведущего (журналиста): знакомый человек в кадре служит для зрителей прежде всего ориентиром в пестром мире телевизионных передач благодаря тому, что всякий раз его появление сопровождается интересной для данного зрителя информацией [6].

Ведущий – телевизионный партнер, инициатор общения, организатор коммуникационной среды – всегда рассчитывает на реакцию аудитории. С помощью аудиовизуальных средств он поддерживает постоянное внимание к телеэкрану, эмоциональный контакт, личностную включенность. Опираясь на собственное чувство меры, ощущая присутствие образа другого, он приспосабливает психику аудитории к условиям общения, активизирует событийное «Я». Журналист – участник экранного действия, проводящий острое интервью или репортаж-расследование, не просто достигает высокого уровня персонификации, но и становится «объектом сочувствующей идентификации» [7]. Телепередача любого жанра – телевизионное общение его автора.

«По сути, журналист делает то же, что и диктор, – читает строчки, бегущие по телесуфлеру. Но зрителю передается чувство, что этот человек понимает, что читает. Телеведущий не столько вводит зрителя в мир информации, сколько привносит в этот мир и восприятие как выраженную потребность передать собственную обращенность и осведомленность в событиях. Роль ведущего приобретает смысл лица со „значением“ говорящего „имени“. Он не просто читает текст, а что-то имеет в виду, нередко бросая острый взгляд на положение вещей в окружающей жизни» [8].

Не только сюжетный видеоряд, но и сам ведущий в реальном времени «оживляет» сообщения, т. е. создает зрелищную наглядность.

Телеведущий начинает восприниматься чуть ли не «конструктором» события. Речевые и неречевые средства «настолько приобретают характер поступающего сознания, что ведут к возникновению иллюзии: он тот человек, благодаря которому существует особый смысл передаваемых сообщений» [9]. Фронтальная обращенность телеведущего к зрителям образует фасад (экранный фронт) ролевого поведения в кадре. Элементами фасада являются стандартизованные средства выразительности: внешние данные, манера поведения, предметы и приметы фона студийной обстановки. Обязательным атрибутом общения становятся игровые элементы (разученные и поставленные), позволяющие, с одной стороны, «держать аудиторию», а с другой стороны, производить выгодное впечатление [10].

К средствам выразительности относятся такие элементные формы фасада, как улыбки, слова, приветствия, напоминания о дружеском контакте. Это могут быть сложные и многочисленные средства вербальной и невербальной коммуникации (мимика, пауза, ритм, выражение глаз, характер движений), которые эффективно действуют при всем формализованном характере прямого эфира.

Поведение ведущего определяется его «ролевой партией в общем и оркестрованном действии, требует согласования рисунка экранного поведения с общим видеорядом, отдельными репортажами, закадровым комментарием» [11].

Зрительно-вещественные атрибуты: сценический фон и наполнение определенной обстановки, а также сюжетных элементов прямого эфира – необходимые условия его осуществления, выражения оптимального контакта с телеаудиторией для достижения взаимопонимания [12].

В визуальном восприятии зрителей телеведущий, его экранный образ живет в форме «присутствия», как запомнившиеся приметы суммарного внешнего облика (характерные движения, взгляд, интонации, знаки внимания и т. д.). Рисунок общих преображений в кадре становится немым актерством.

Эта закономерность усиливается тем обстоятельством, что отношение к аудитории опосредуется отношением к себе с позиции телевизионной известности. Последняя прогрессирует почти принудительно. Популярность того или иного ведущего у зрителей можно объяснять не только частотой появления на экране, есть и другие способы понравиться. Например, разыгрывая роли:

а) с целью создания у телеаудитории выгодного впечатления от правильности своего поведения;

б) под углом зрения того, каким ведущий видит самого себя со стороны телезрителей;

в) с позиции личного эгоцентризма, самопредставления о том, каким бы он хотел быть, как его видели бы телезрители.

Опытные работники телевидения предостерегают от такого игрового соблазна, потому что ведущий «обязательно начнет играть самого себя». Эти три ролевые ракурса могут частично совмещаться, заметно расходиться между собой или выступать слитно, накладываясь один на другой [13].

В чистом виде подобный тип общения предполагает выдвижение на первый план не столько самого содержания, сколько возникающего по поводу конкретных сообщений эмоционального выступления.

Если на заре отечественного телевидения первые ведущие создавали «обаяние второго плана» [14], обращаясь к зрителям на дистанции доверия с «мягкой приглушенностью», то в последующем (в период политического телеофициоза) они только «держались» на втором плане, добросовестно укрепляя социальные чувства и настроения. Сегодня необходимость активно-игрового характера экранных действий порождает выдвижение ведущего на передний, крупный план с опорой на приближенную мимику, всю зрелищную полноту суммарного фасадного поведения [15]. Относясь к массовому, ритуальному, телевидение обладает адресными свойствами, которые восполняют отсутствие прямого общения и позволяют придать диалогичность контакту зрителя с экраном. Идея активного диалога, симметричного общения содержится в природе телевизионного зрелища. От того, насколько равно и ровно, симметрично в массовом взаимодействии происходит межличностный обмен, во многом зависит успех передачи [16].

«Когда зритель наблюдает журналиста и героя (героев) передачи в неформальной обстановке, он словно заражается ощущением простоты общения, слово сам попадает в студию. В таких передачах журналист, выполняя роль в социально ориентированном общении, создает иллюзию дружеского, неформального общения. Такого же эффекта достигает показ многочисленных „интервью у прохожих“ по ходу передачи» [17].

Автор книги определяет эту модель как коммуникативную стратегию преодоления опосредованного характера общения.

Вспомним передачу «Пока все дома». Журналист Тимур Кизяков использует многие атрибуты для того, чтобы приблизить зрителей к героям (семейные фотографии, предметы обстановки). Часто в передачах участвуют домашние животные. Рассказывается о милых увлечениях, обсуждаются факты из жизни – все вводит в неформальный семейный круг.

Журналист может изменить социальную роль: из ведущего – выразителя социально направленной информации, передающего авторскую концепцию текста, – он на время передачи может превратиться в человека другой профессии, находящегося в других отношениях с героем.

Передачи «Кулинарный поединок» (НТВ) – своеобразное интервью, которое проводит ведущий, сочетающий в себе роли повара, хозяина дома, приятного собеседника. Невербальное выражение ролевых ожиданий – одежда (фартуки), тематика разговора. В общении используется специальная кухонная лексика, поскольку люди на кухне заняты резкой овощей, жаркой или варкой.

По этому же типу сделана передача «Охота за рецептами» на телеканале «Домашний». Только действие происходит не на импровизированной кухне, а в доме, на настоящей кухне хозяев.

Опосредованный характер общения тележурналиста со зрительской аудиторией преодолевается и с помощью тактики интимизации общения. Журналист использует вербальные и невербальные средства, с помощью которых имитируется неформальное общение, когда люди хорошо знакомы, расположены друг к другу, симпатизируют, имеют много общих точек соприкосновения. Такие средства многочисленны, широко используются не только на телевидении или в неформальном общении близких людей. Телепрограммы различны по насыщению средствами неформального общения, от полностью построенных на таком общении («Ночной гость», канал «Культура»; «Женские истории с Татьяной Пушкиной», «Открытая студия» с Никой Стрижак, 5-й канал) до единичных «вкраплений беседности» («Воскресный день» с Александром Коренниковым, 5-й канал; «Доброе утро, Россия», РТР) [18].

К середине 1990-х гг. диалогический разговорный стиль стремится к дифференциации под давлением понятий «рейтинг», «конъюнктура», «себестоимость производства», «реклама», «массовый зритель» и «аудитория».

Традиция острого разговора, социальный пафос журналистского расследования уступили место отстраненному информированию о последствиях событий дня, передачам «сиюминутного реагирования», «быстрорастворимого» общения («Утро в большой стране»). На другом полюсе – «Поле чудес», «Золотая лихорадка» (19).

Сегодня изменяются ролевые стратегии человека в кадре, расширяются сфера разговорности, степень его участия в театрализованном действии, свобода в выборе тем. Ролевые функции, цели взаимодействия, паритетность стратегий собеседников дают большое количество разговорных программ прямого эфира, где присутствуют: пестрота мнений, яркая персонифицированность передач, неповторимость общения (канал «Домашний»).

Журналист выступает в программах, где он не просто собеседник, а еще и:

а) эксперт в своей узкой прикладной области;

б) коммуникатор по текущим злободневным сиюминутным вопросам («жгучим вопросам современности»);

в) партнер по задушевной беседе «за жизнь», когда «само общение становится материалом ленты» [20].

Такова новая программа Сергея Брилева «Пятая студия», которая возродила традицию вдумчивого, максимально внятного обсуждения острых и злободневных проблем. Участвовать в ней приглашались Евгений Примаков, Сергей Нарышкин, Владимир Жириновский, Геннадий Зюганов, Сергей Миронов, Олег Морозов, Уго Чавес, Збигнев Бжезинский и др.

Эффективность влияния ведущего на аудиторию зависит от нескольких факторов: цели создания передачи, жанровых рамок, благоприятных для речевого взаимодействия, профессионализма и этичности отношения телекоммуникатора к партнеру по речевому общению. Умение игнорировать искусственность телевизионного антуража, делать камеру союзником приближает общение журналиста к естественному [21].

Сильная личность, индивидуальность не нуждается в гриме. Увлекательный рассказчик и человек способен «пробить экран, оказавшись рядом с теми, кто его смотрит» [22]. Именно такими блестящими творческими индивидуальностями были в 1960-е гг. С. Юткевич, А. Каверзнев, И. Андронников. Так, например, поведение «говорящего человека» Ираклия Андронникова – «пауза в речи, небрежно брошенная фраза, улыбка, смех – все расширяет емкость звучащего слова, выявляет все новые и новые смысловые резервы, делает речь необычайно доступной, наглядной, выразительной, эмоциональной» [23]. Его речь была полисемична. Сам ведущий сочетал в своем облике интеллект, демократичность, независимость суждений и следование общепринятым нормам. Это создавало ни на кого не похожую экранную роль. Сегодня эту традицию продолжает Эдвард Радзинский.

К середине 1960-х гг. подобные типажи были вытеснены монологическим стилем. Исчезло закадровое пространство и телесюжеты. Журналисты были не свободны в выборе, не могли полноценно разговаривать с героем. Традиции острого разговора, социальный пафос журналистских расследований уступили место отстраненному информированию о последних событиях дня.

С середины 1980-х гг. десятилетие перестройки вызвало к жизни полемичность, публицистичность. Возникли новые телепередачи с новым типом ведущих. Так, передачи «Телеслужба новостей», «Монитор», «Телекурьер», «600 секунд» на Ленинградском телевидении отражали потребность народа «самовыговориться», определялись его настроениями. Лица, события, бывшие ранее под запретом, находили отражение в новых проектах: «Взгляд», «Пятое колесо», телемосты.

В режиме прямого эфира проходили передачи «12 этаж», «Общественное мнение». Организовывались форумы, дебаты, дискуссии [24]. «Домашнего» собеседника шестидесятых сменяет социальный трибун, представитель народного вече. Прямые контакты со зрителем шли посредством телефона. Ведущий воплощал в себе гражданина, ответственного за принятие важных решений.

К середине 1990-х гг. диалогический разговорный стиль стремится к дифференциации. Меняется содержательное ядро передач. Глобальные проблемы социальной жизни сменились проблемами частной. Активно мыслящего массового собеседника заменила безликая студийная аудитория. Зритель-гражданин превратился в мирного обывателя [25].

Телекоммуникатор взял за правило проявлять снисходительность к собеседнику. Интонация исповедальной беседы, беседы ради общения – теперь экранная редкость. Исключением являлись такие передачи, как «Антропология» Дмитрия Диброва, «Ночной полет» Андрея Максимова, посвященные проблемам искусства и театра.

Такая роль ведущих позволяет рассуждать о двух их типах – Авторе и не-Авторе. Что же делает журналистику поистине авторской? Журналистка Ольга Красноярова относит к авторам ведущих авторских передач, подобных Павлу Любимцеву, в телепутешествиях которого полно своеобразия, изюминки, изыска. То, как этот автор говорит, смотрит, выражает эмоции, – многому учит. «Его путешествия, по существу, становятся уроками вкуса, интеллигентности, любви и радости жизни», – считает журналистка.

«Нас увлекает взгляд изумленного, завороженного встречей с миром, который для Автора всегда нов, неожидан, парадоксален, а иногда полон боли и страдания. Это творение впервые, т. е. взгляд на мир словно впервые, когда происходит откровение общечеловеческих ценностей как будто заново открытых, когда затасканные истины вновь обретают в сознании человека свой сокровенный смысл» [26].

На разных российских каналах произошло клонирование передачи, которую вел Любимцев. Многие тележурналисты отправились в дальние страны, чтобы описывать экзотику, входить в контакт с различными людьми. Передачи называются по-разному, но несут одну смысловую нагрузку, повторяя профессиональные приемы и манеры первооткрывателей подобных программ.

Умение видеть привычные и повседневные вещи в необычном контексте, «способность находить удовольствие в самых заурядных жизненных явлениях, наконец, умение с блеском и остроумием развенчивать тупость и угрюмость, зло» [27] привлекают телезрителей.

К примеру, в программе «Секс с Анфисой Чеховой» перед нами роковая, эпатажная, интригующая женщина без комплексов. Она удивительно тонко балансирует между пошлостью и кокетством. Она с легкостью говорит о любых интимных вещах вслух. Оставаясь дразняще-откровенной и вместе с тем недоступной, Анфиса знает все о сексуальной жизни человека. Она не похожа на традиционный секс-идеал блондинки с длинными ногами (Марику из «Элементарного секса» на TTV или Арину Махову из «Азбуки секса» на Муз-Тв). Полноватая, с неправильными чертами лица, Анфиса кажется более женственной, сексапильной и действительно опытной, нежели ее «стандартные» три конкурентки-красавицы с музыкальных каналов. Образ оправдывает зрительские представления об эротичной героине.

Таких примеров не много. Часто смысл телевыступления ограничен, имеет предопределенную заданность, стиль же базируется на общепринятых символах и стереотипах. «М. Леонтьев так и сыпет эпитетами и сравнениями, основанными на стереотипах усредненной массы», – замечает журналистка, однако не спешит с выводом, что это «плохая журналистика»: просто это не авторская журналистика, по ее мнению. Но и для Автора и не-Автора может быть ценным совет О. Краснояровой: «Все же журналисты время от времени должны перетряхивать, проветривать свои кладовые, захламленные, запыленные штампами и трафаретами».

На основе многочисленных исследований психологи института повышения квалификации тележурналистов зафиксировали параметры, способствующие положительному восприятию ведущих телепрограмм, а также характеристики, препятствующие общению. К первым отнесли выраженную экстраверсию, низкую тревожность, эмоциональную устойчивость, зрелость, доминтность (силу «Я»), моралистичность, авантюризм, склонность к экспериментам, оригинальность, самоконтроль, желание сформулировать позитивный имидж, преобладание интереса к внешним событиям над интересами к внутреннему миру. В глазах зрителей хорошо выглядят критичные, независимые, доверчивые, способные радоваться чужим удачам ведущие.

Ко вторым характеристикам (препятствующим общению) отнесли: склонность к доминированию, самоуверенность, радикализм, предприимчивость, развитую интуицию, подозрительность, уязвимость, неуверенность в себе, беспокойство, отсутствие эмоций, поведенческую зависимость. Отталкивают зрителя и такие качества, как неартистичность, несексуальность, беспринципность, унылость.

Ведущий телепрограммы обязан быть раскованным и тактичным одновременно, телегеничным, конечно, владеть устной речью и уметь работать в прямом эфире [28]. Одной из важных черт является эмоциональность, способность к юмору, иронии, игре со зрителем.

Телевизионный ведущий – носитель определенного культурного кода. Владение языком, культура его речи значительно расширяют границы кадра и помогают решать коммуникативные задачи [29]. Культура речи – это «такой набор и такая организация языковых средств, которые в определенной ситуации общения при соблюдении определенных современных языковых норм и этики общения позволяют обеспечить наибольший эффект в достижении постоянных коммуникативных задач» [30].

На использование речевых средств оказывают влияние экстралингвистические факторы, возраст участников речевого акта, целенаправленность речевого действия, социальный статус партнеров по общению, характер отношений между ними (официальный – неофициальный, дружеский, интимный), время и место речевого взаимодействия [31]. Этический компонент вводит строгий запрет на сквернословие в процессе общения, осуждает разговор на повышенных тонах. Однако в практике современного телевидения эти запреты нередко нарушаются (передача «Comedy club»).

Понятие культуры речи включает в себя точность, которая определяется (по Б. Н. Головину) следующими признаками:

• знанием предмета;

• логикой мышления;

• умением выбирать нужные слова;

• выразительностью речи, которая проявляется:

о в неравнодушии;

о самобытности мышления;

о хорошем знании языка;

о свойствах и особенностях языковых стилей;

о умении контролировать речь, замечать, что в ней выразительно, а что шаблонно;

о сознательном намерении читать и писать выразительно;

о психологической установке на выразительность.

Речевой стиль ведущего развивается из культуры личности, психологии, интеллектуальных качеств, общего характера восприимчивости. «Иногда складывается ситуация, когда в сопряжении внеречевых форм обращения с аудиторией может сформироваться выгодная манера поведения человека в кадре, но отсутствует творческий почерк с точки зрения устоявшихся для прямого эфира языка, речевых интонаций и общих приемов выразительности» [32].

<< | >>
Источник: Галина Мельник. Общение в журналистике: секреты мастерства. 2008

Еще по теме 3.2. Человек в кадре: феномен телеобщения:

  1. 1.3. Город как феномен, как единство (взаимопереход) объектных и субъектных структур жизнедеятельности человека
  2. Выступление в кадре
  3. Выступление (монолог в кадре)
  4. Импровизация в кадре
  5. Рассказ о человеке-мусорщике, человеке-бижутерии и человеке-бриллианте
  6. УРОВЕНЬ БОЛЕЗНЕЙ ЧЕЛОВЕКА - ЭТО УРОВЕНЬ ЕГО ОТКЛОНЕНИЯ ОТ СВОЕГО РУСЛА. ЗДОРОВЬЕ ЧЕЛОВЕКА - ЭТО ПОКАЗАТЕЛЬ НАХОЖДЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА В СВОЕМ РУСЛЕ
  7. ФЕНОМЕН ПАНУМА
  8. ФЕНОМЕН СТАБИЛЬНОСТИ МИРА
  9. ФЕНОМЕН
  10. ФЕНОМЕНЫ САМОРЕГУЛЯЦИИ
  11. ФЕНОМЕН АУБЕРТА
  12. ФЕНОМЕН НЕСОХРАНЕНИЯ
  13. ФЕНОМЕН ПИАЖЕ
  14. Астрология – массовый феномен
  15. 2.6. ФЕНОМЕН ВОСПРОИЗВЕДЕНИЯ СНА
  16. ФЕНОМЕН «ОБЩЕСТВЕННОГО» И «ИНДИВИДУАЛЬНОГО»
  17. Второй феномен опыта
  18. ФЕНОМЕН АУБЕРТА - ФЕРСТЕРА